Что обо мне подумают, если у меня есть мечта

У мамы зарплата была в районе 40 тысяч, из которых 10 тысяч приходилось отдавать за коммуналку. Я сейчас со своими тратами понятия не имею, как люди выживают вдвоем и уж тем более втроем на такую зарплату, как это делали мы, при том что у меня не было ощущения, что мы жили плохо. Я помню, что всегда всего хватало – еды, одежды. Говорю же: мама – крутая!

Но, когда маму понизили, я решила устроиться на работу, чтобы обеспечивать себя и помогать маме. Мне тогда было 15. Моей семье идея с работой не понравилась.

«Наша семья не обслуга, – прямо так и сказали мне. – Ты не рабочий класс и не персонал». А я думаю, какая на хрен разница, что у нас за семья, когда нужны деньги, я готова и могу их зарабатывать!

Я устроилась в стейк-бар «Гризли» официанткой. Фишка бара была в том, что все официантки ходили в костюмах чирлидерш. Представляете картину, да? Короткие юбки ярких цветов и облегающие майки. Вроде идея ничего такая, но на самом деле внутри бара все было сделано дешево и слишком пафосно. Что же касается атмосферы в коллективе, то она оказалась просто ужасной.

Так как я была самой младшей, то все, кто со мной работал, решили, будто могут на мне отыгрываться и издеваться. Меня подставляли с блюдами, со столами, меня обманывали и просто гнобили. Естественно, в тот период жизни я сильно поменялась.

В шесть лет я была божьим одуванчиком. Ребенком, который любил танцевать, петь, писать стихи. Ребенком, который участвовал в конкурсах рисунков и поделок. Причем, когда каждый участник предоставлял на конкурс по одной работе, я как-то подала 19! Я была суперъярким ребенком.

В 12–14 лет я не боялась драться с другими детьми, я умела постоять за себя. А вот в 15 лет переходный возраст сыграл со мной злую шутку: я начала стесняться и бояться всего. Через это проходят многие девушки, главное – не замыкаться в себе. Все проходит, правда.

В «Гризли» я проработала три недели. И эти три недели я почти каждый день плакала. Возвращалась домой в два часа ночи на такси, которое оплачивал работодатель.

Я осторожно поворачивала ключ в замке, открывала дверь и входила в нашу квартирку. Добравшись до кровати, на которой мы спали с мамой вдвоем, я садилась, тихо плакала и ложилась спать.

Проспав несколько часов, я вставала и собиралась в школу (я тогда училась в десятом классе). После уроков сразу шла на работу, которая продолжалась до ночи. А дома на краешке кровати я опять плакала, ложилась спать и уходила на следующий круг моего дня сурка.