Империя наций. Этнографическое знание и формирование Советского Союза

Он коренился в марксистской концепции развития через освоение исторических стадий и опирался также на европейские антропологические теории культурного эволюционизма (в которых, как и в марксизме, разделялось телеологическое представление об «опространственном времени»)[18 - Fabian J. Time and the Other: How Anthropology Makes Its Object. New York, 1983. Ch. 1.]. Идея поддерживаемого государством развития придала уникальное направление национальной идее, опираясь на тот ленинский взгляд, что прохождение обществом стадий марксистской шкалы исторического развития может быть ускорено.

Начиная с 1920?х годов советский режим и его этнографы пытались возглавить процесс формирования наций в регионах, где преобладали родовые и племенные идентичности и где местные народы, казалось, не имели национального самосознания. Советские деятели опирались на ту идею, что роды и племена – это общественные формы «эпохи феодализма» и что сплавление и консолидация родов и племен в национальности (как это было при переходе к капитализму в Европе) – необходимый следующий этап на пути к социализму. Этнографы пытались помочь режиму предсказать, какие именно роды и племена в конце концов сольются и образуют новые национальности, – задача, требовавшая немалых «прыжков веры». Как и местные элиты, этнографы в то время сотрудничали с государством, помогая ему формировать национальные территории, официальные национальные языки и культуры для этих групп. Поддерживаемое государством развитие, таким образом, основывалось на уверенности, что национальности строятся из «примордиальных» этнических групп, и на постулате, что государство может вмешиваться в естественный процесс развития и «конструировать» современные нации. Учитывая марксистско-ленинское мировоззрение большевиков, ясно, что научные дискуссии после 1991 года о том, на конструктивистскую или примордиалистскую концепцию национальности опирался советский режим, создают ложную дихотомию[19 - Здесь я не согласна с Мартином, который утверждает, что в середине 1930?х годов «произошел резкий поворот от прежнего советского представления о нациях как фундаментально современных конструктах к подчеркиванию глубоких примордиальных корней современных наций» (Martin T. The Affirmative Action Empire. P. 443). См. также: Suny R. G. Constructing Primordialism: Old Histories for New Nations // Journal of Modern History. 2001. December. Vol. 73. No. 4. P. 862–896.].