Империя наций. Этнографическое знание и формирование Советского Союза

Они тоже доказывали, что Дума нуждается в этнографических знаниях для проведения успешных реформ.

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ЗНАНИЕ И ИМПЕРАТОРСКОЕ РУССКОЕ ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО

В десятилетие после 1905 года эксперты по всей России активно участвовали в политической жизни, а С. Ф. Ольденбург был общепризнанным экспертом-активистом. Убежденный, что интересам науки лучше всего служит конституционная монархия, Ольденбург имел в 1905 году, когда была учреждена Государственная дума, основания для оптимизма. В том же году он стал членом кадетской партии и примкнул к другим интеллектуалам, верившим, что развитие науки и культуры облегчит социальную и культурную трансформацию России[71 - Думова Н.

Г. Кадетская партия в период Первой мировой войны и Февральской революции. М., 1988. Катерина Кларк предполагает, что люди этого круга считали «систематизацию, рационализацию и повышенную роль культуры и науки ключевыми вопросами в повестке социальной трансформации» (Clark K. Petersburg: Crucible of Cultural Revolution. Cambridge, MA, 1995. P. 67). См. также: Bailes K. E. Natural Scientists and the Soviet System // Koenker D. P., Rosenberg W. G., Suny R. G. (eds.). Party, State, and Society in the Russian Civil War. Bloomington, 1989. P. 269.]. Также он стал активным участником ИРГО. Географическое общество давно выступало за политические и общественные реформы, в том числе за гражданские свободы, распространение просвещения и расширение профессиональной автономии[72 - Члены ИРГО разделяли эту ориентацию с членами других профессиональных организаций. См., например: Bradley J. Subjects into Citizens: Societies, Civil Society, and Autocracy in Tsarist Russia // The American Historical Review. 2002. Vol. 107. No. 4. P. 1094–1123. О роли интеллектуалов в представлениях о «модернизированной» России см.: Engelstein L. The Keys to Happiness: Sex and the Search for Modernity in Fin-de-Si?cle Russia. Ithaca, 1992. См. также статьи в сборнике: Clowes E., Kassow S., West J. (eds.). Between Tsar and People: Educated Society and the Quest for Public Identity in Late Imperial Russia. Princeton, 1991.]. После учреждения Думы оно стало открыто высказываться в пользу научного государственного управления и целенаправленно обратилось к исследованиям проблем практической государственной важности – таким, как национальный вопрос в империи[73 - Члены ИРГО на своих собраниях обсуждали координацию своей работы с «повседневными вопросами управления». См., например: Бартольд В.