Омикрон. Практическая эзотерика: как стать программистом собственной жизни

Возразить ему мне было нечего. Разве можно объяснить взрослому дикарю принципы квантовой механики? Разве можно растолковать собаке или кошке, для чего мы используем вилку и нож, когда едим? Стоит ли объяснять пойманной вами лягушке, что река, в которой она живет, уже донельзя загажена стоящим на берегу комбинатом, что не сегодня завтра всякая жизнь в этой реке прекратится?..

И поиски «смысла жизни» продолжались с новой силой. Книги, книги, книги. Бесконечное множество самых противоречивых мнений. Если хоть как-то систематизировать все то, что мне удалось прочесть, получится примерно следующее.

Смысл жизни люди усматривают: в богатстве, в славе, в стремлении к власти, в наслаждении, в труде, в любви, в продлении рода (т. е. в детях), в служении Богу, в служении другим людям, в творчестве.

– Милые мои, – восклицал я, откладывая книгу в сторону и принимаясь возбужденно бегать по комнате, – но ведь все это лишь части! Богатство, слава и власть сами по себе ничего не значат, сами по себе они бессмысленны и нелепы! Ито, и другое, и третье может служить лишь средством для достижения какой-либо цели.

Сделавшись самоцелью, они заводят человека в тупик и направляют на путь духовной деградации.

Наслаждение как «смысл жизни» – нелепость, ибо наслаждение есть продукт (следствие) той или иной деятельности. Оно тем ярче и продолжительнее, чем более совершенной деятельностью человек занят. Труд, взятый сам по себе, не может стать «смыслом жизни», ибо труд есть все то же средство для достижения определенных целей, но никак не сама цель.

Трудятся для чего-то или ради чего-то.

Любовь… Любовь не может стать смыслом в силу своей специфики: она всегда либо часть, либо бесцельность. В высшем своем проявлении любовь есть выражение стремления к единству с чем-либо или с кем-либо, к обретению гармонии и равновесия, но что мне до всего этого, если итогом будет смерть?! В низшем же проявлении любовь не более чем биологический импульс, эмоция, бесполезная с точки зрения поиска смысла жизни.

Избрать такую любовь целью может лишь человек, у которого чувства возобладали над разумом, а ведь целеполагание – прерогатива именно разума.

Ищущий смысл жизни в детях подобен животному в том отношении, что именно у животных высшим проявлением «духовного начала» является забота о потомстве, так называемый «материнский инстинкт». Продолжение рода не смысл жизни, а средство ее поддержания.

И так далее и тому подобное.