Рождение «Сталкера». Попытка реконструкции

Считалось, что есть лишь одно место, откуда письма доходят к высоким адресатам, – Центральный телеграф. Письмо Тарковского отправлено именно оттуда, чтобы оно дошло до высокопоставленных адресатов.

Резкие перемены

Следствием этого поступка стало быстрое изменение ситуации и отношения к Тарковскому кинематографического руководства.

Марианна Чугунова: Через несколько дней – еще съезд не закончился[248 - XXV съезд ЦК КПСС проходил с 24 февраля по 5 марта 1976 года.] – мне позвонили из приемной Николая Трофимовича Сизова, директора «Мосфильма», и попросили, чтобы я немедленно пошла к Тарковскому домой (в то время у него в новой квартире еще не было телефона) и сообщила, что его срочно вызывают в Госкино[249 - Рерберг – Чугунова – Цымбал.

Фокус на бесконечность.].

В партийных верхах поняли, что Тарковский доведен до крайности и может покинуть СССР. И ему решили кое-что позволить. Андрей Арсеньевич получил разрешение делать картину по сценарию Стругацких, у него приняли заявку на фильм «Идиот» по Ф.

М. Достоевскому, а сверх того предложили напечатать сценарий «Гофманиана» в журнале «Искусство кино».

Марианна Чугунова: В Госкино Тарковскому сказали: «Мы вас сейчас же запускаем. Что у вас есть?» А у Андрея Арсеньевича в тот момент был сценарий «Светлый ветер», о котором они категорически и слышать не хотели, и вот этот сценарий – «Машина желаний». Больше у него ничего готового не было. Он предложил «Машину желаний», и в Госкино сразу согласились.

Так Тарковского запустили в производство[250 - Там же.].

Двадцать восьмого февраля главный редактор ЭТО Владимир Огнев[251 - Огнев Владимир Федорович (1923–2017) – писатель, сценарист, кино- и литературный критик.] дал чрезвычайно положительный отзыв на сценарий Стругацких «Машина желаний». Он начинался так:

Литературный сценарий братьев Стругацких написан для режиссера А. Тарковского. Так я и читал его, с прикидкой на стилистику и, главное, философскую трактовку этого режиссера.

Смело говорить за А. Тарковского, но, мне кажется, что сценарий этот – «для него». В главном – по крайней мере. Мне лично он представляется цельным, интересным и значительным, как все, что пишут эти писатели.

В «Машине желаний» есть сверхзадача, крупный масштаб в решении кардинальных задач времени – события века, движение мира к выбору: атомная война или мир во многом зависит от ЧЕЛОВЕКА. Авторы ставят на личность.