Полное собрание беспринцЫпных историй

По рассказу очевидца, мужик был прощен и приголублен. Опять же говорят, что подруги героини высказывали готовность посидеть «в духовке» и за меньшие блага. Я, кстати, думаю, если это и правда, нимфа сидела не из страха или корысти, а реально, чтобы любовника не сдать. Редкий дар русских женщин – быть настоящим мужиком в безвыходной ситуации.

Тетушка

Занесла меня отпускная нелегкая в мальдивский кибуц. Кризис уже начался, и соотечественников было немного. Примечательной оказалась одна пара, назовем их Дама + Тетушка.

Обе – дородные женщины к шестидесяти, связанные, я так понял, давней дружбой. Дама – завсегдатай подобных мест, Тетушка приехала впервые. Думаю, ее пригласила на море приятельница.

Обе добродушные, спокойные, похожие даже чертами лица, но все-таки разные. Тетушка напомнила мне бабушку из советских детских фильмов: ласковые глаза, мягкие руки, немного утиная походка. Органичнее всего она выглядела бы с тарелкой манной каши в руках или со школьным ранцем, собранным для внука. А Дама… Что тут скажешь? Российская Брижит Бардо.

И вот – завтрак. Мы сидим за соседними столиками.

Они обсуждают фрукты и гостей. Недалеко пара… этих… как бы повежливее… Ну, тех, чьи сердца один бывший российский священник настоятельно рекомендовал сжигать. Выглядят обычными мужиками, без вычурного изыска. На улице встретишь поодиночке и плохого не подумаешь.

Тетушка смотрит на них, любуется, и видно, как воспоминания юности катятся волной по ее светлому лицу.

– Танечка, какие красивые мужчины вон там сидят.

Одиноко им, наверное. Здесь, девушки-то все с парами.

– Люсь, ты чего?! ИМ не одиноко, за руки вчера держались в баре, – со знанием дела ответила Дама.

Я ожидал от Тетушки какой угодно реакции – презрения, удивления, брезгливости, возмущения, равнодушия, но…

Ее лицо залило сочувствие, будто внучок сильно заболел, или его выгнали из школы. Она тепло посмотрела на вполне счастливых гейропейцев и со всей безысходной славянской тоской в голосе произнесла:

– Горе-то какое…

Нокаут

Тусовка.

Я растекаюсь от тщеславия: в узком кругу началось обсуждение моих фривольных россказней. Постепенно беседа перешла от восхваления меня к осуждению нравов нынешнего поколения. Я расстроился, но разговор поддержал. Речь зашла о чрезмерно раннем вступлении в сексуальную жизнь. Одна из участниц так разумно отстаивала свою позицию (я уже не помню, какую), что я начал проигрывать. В качестве крайней меры решил прибегнуть к дешевому эпатажу.