Дом до свиданий и новые беспринцЫпные истории

Образованные граждане редко используют матерные слова по прямому смысловому значению, зато регулярно изобретают что-то новое. Помню мой юношеский восторг от недавно услышанного, как оказалось, классического «солнечный пиздадуй».

Карина была в этом смысле ювелиром. Цитаты французских эссеистов она чередовала с многообразием нецензурной лексики и сбивала с ног практически любого мужчину, особенно вылезшего из грязи в князи на сверхзвуковой скорости девяностых. Таким был ее Марк, которого кроме как Маркуша мы не называли.

Никто не понял, как из любовника он стал мужем, особенно родители Карины, но браки известно где совершаются.

Маркуша был старше нас лет на десять, вхож в мир сомнительных товарищей и сколотил на этом входе неплохой капитал. Веселый и добродушный, если речь шла не о возврате денег, обалдуй, любивший Карину всем сердцем. Но вот другими частями тела он иногда любил других девушек. Первые несколько лет кое-как держался, а потом… Фактуры у Карины не было, только чуйка. Обычно этого женщине достаточно, но она особо не волновалась.

Надо сказать, сама Карина тоже ангелом не была и, вероятно, имела какой-то свой кодекс измен.

– Если просто хуепутает моделей, то поймаю – влипнет на машину новую. Если узнаю про роман, любовь и так далее – сразу вышвырну.

У Карины имелся серьезный папа, спавший и видевший процесс вышвыривания Маркуши.

Тем не менее на каком-то этапе – то ли из профилактики, то ли из любопытства, а скорее гены взыграли – захотелось Карине узнать про мужа чуть больше, чем он сам рассказывал.

Я работал в сотовой компании – и из меня почти все вынимали душу насчет того, как бы что вынуть из телефона любимого.

– Никак. Да и потом, вот узнаешь ты, и что?

– В папочку соберу. Пригодится.

Гены есть гены. Папочка у Карины любил папочки.

И вот такой звонок. Я знал, что Маркуша рано или поздно влипнет, но решил попробовать спасти ситуацию убеждением.

– Как запалила-то?

– Телефон оставил, ну я поползала, понаходила, ебака наш кнопку delete игнорирует.

– Не запаролен, что ли, телефон?

– Ну щаз. Но Маркуша же у нас не Лобачевский. Пароль для сейфа в отеле изобретать не стал. Оказалось у него пин-код карточки такой же и на айфоне, разумеется, он же.

– Что нашла?

– Стандартный ювенальный ебаторий, но ничего серьезного. Стареет Маркуша. Но на папочку хватило. Я все распечатала, завтра устрою сцену, кину ему на стол и уеду к папе за город. Приваливай на шашлык и шоу.