Беседы Вельзевула со своим внуком

Со временем мы свыклись с этой их особенностью, говоря себе, что, по-видимому, Высочайшая Комиссия из каких-то важных соображений намеренно придала органу кундабуфера такую характеристику. Из-за плодовитости этих существ, уговаривали мы себя, их численность необходимо регулировать для поддержания гармонического космического равновесия.

Но никому и в голову не могло прийти, что неладное творится со всей планетой. В те времена я, как уже говорил, посетил большинство планет этой солнечной системы, известных и еще неизученных.

Особенно понравились мне трицентричные жители Сатурна. Внешне они отличались от нас, напоминая птиц, воронов.

Интересно отметить,кстати, что вороны жили не только там, но и почти во всех обитаемых мирах нашей Вселенной, где развиваются и облекаются в планетарную плоть существа с разнообразными системами мышления.

Принцип устного общения вороноподобных разумных существ отчасти напоминает наш, но звуки их речи прекраснее всего, что мне когда-либо приходилось слышать.

Она заставляет вспомнить искусство величайших певцов, вкладывающих всю свою душу в мелодичное, волшебное пение.

Когда я вспоминаю о том, как эти крылатые создания относятся друг к другу, то не нахожу слов для описания. Узнать об этом можно, только пожив среди них и приобретя собственный опыт. Можно сказать только одно – сердца их подобны сердцам ангелов, приближенных к Небесному Престолу.

В жизни они строго следуют девятой заповеди нашего Создателя: «Относись к принадлежащему другому, как к своему, и так же береги это».

Позже я, конечно, расскажу тебе более подробно об этих трицентричных созданиях, появившихся и живущих на Сатурне, потому что одним из моих истинных друзей в годы изгнания был обитатель этой планеты; он имел обличье ворона, а звали его Каркар.

Глава 11

Своеобразие человеческой души

А теперь вернемся к трицентричным обитателям планеты Земля, тем, кто интересует тебя больше всего, и кого ты называешь слизняками.

Не могу сказать, как я рад, что ты, к счастью, далеко от трицентричных созданий, которым ты дал столь оскорбительное для их достоинства имя, что даже не могу о нем слышать. Сознаешь ли ты, мое бедное дитя, что эти существа, особенно современные, сделали бы с тобой, если бы услышали, как ты их называешь?

Одна мысль о том, что бы они сотворили с тобой, если бы ты попался к ним в лапы, приводит меня в ужас.