Терапевтические отношения. Перенос, контрперенос и обретение смысла

Естественно, желателен первый вариант, и, по моему опыту, для этого пациенту необходим такой аналитик, который обладает достаточной гибкостью, особенно в работе с переносом (конечно, если он действительно хочет, чтобы такая работа повысила качество жизни пациента). Как я уже говорила, методы работы Юнга с переносным материалом оставляли желать лучшего. Поэтому в заключительной главе я свожу воедино основные темы, рассмотренные в книге, чтобы выработать то, что, надеюсь, станет для читателя осмысленным методом, сочетающим в себе ценные идеи Юнга и современные практические модели.

Ограниченный объем книги неизбежно приводит к некоторым потерям. Эротический, психотический и негативный перенос заслуживают отдельных глав, но специальное рассмотрение этих явлений не входит в задачи данной работы.

Поэты обращаются с чувствами куда более изящно, чем аналитики. Поэтому, заканчивая свое вступление, я приглашаю читателя погрузиться в воспоминания и бессознательные аспекты, отраженные в этих двух стихотворениях.

Первое, принадлежащее перу Эмили Дикинсон, прекрасно и ярко иллюстрирует то, что можно рассматривать как гармоничные аналитические отношения (Dickinson, 1961, c. 234). Второе, раннее стихотворение Роберта Грейвза (Graves, 1986, c. 89), демонстрирует, как проблемы в общении могут легко привести к непониманию и путанице.

* * *

Я слышала, как будто слух был не моим,

Но вот Живое Слово

Пробилось, наконец, ко мне из Жизни —

И лишь тогда узнала я, что слышу.

Я видела, как если бы глаза принадлежали

Кому-то, а не мне, покуда нечто,

Теперь я знаю: то бы Свет, поскольку

Глазам он близок стал – в них он проник.

Жила я, словно в доме не было меня, —

Я пребывала всюду, кроме тела,

Пока Могучей Силой не был помещен

На место стержень: сердцевина, сердце.

И Дух всевластный обратился к праху:

«Мой друг, Меня теперь ты знаешь».

И час настал, чтоб эту весть провозгласить

И влиться в Вечность.

В осколках отражений

Он стремительно мыслит, строя свои ясные схемы;

Я же медлю, в осколки разбитого зеркала глядя.

Он доверяет бездумно своим ярким зеркальным картинкам;

Я все пристальней вглядываюсь, осколкам изображений не веря.

Доверяясь картинкам своим, он отражения их принимает на веру;

Сомневаясь в своих отражениях, я не перестаю вопрошать их.

Отражения принимая за факты, он принимает и факты;

Подвергая сомнению отражения, я сомневаюсь и в фактах.