INSOMVITA. Психологический триллер с элементами детектива

Небольшой парный барабан, основной ударный инструмент индийской классической музыки североиндийской традиции хиндустани, используемый для сопровождения вокальной и инструментальной музыки и танца в стиле катхак. Распространён также в странах индийского субконтинента.]. Индус с широкой белоснежной улыбкой на смуглом лице посмотрел в зеркало заднего вида на пассажира, но тот, погрузившись в собственные размышления, не обращал на него никакого внимания и продолжал уныло наблюдать за густо укрытыми толстым слоем снега деревьями, появляющимися в свете фар автомобиля и исчезающими в темноте зимней ночи.

Не доезжая несколько километров до деревни, пассажир вдруг попросил остановить такси.

– Прошу вас, остановите здесь, будьте любезны, – произнёс он хриплым голосом, разглядывая местность. – Да, да… именно здесь. И подождите меня.

Пассажир вышел из автомобиля и уверенно направился прямиком в сугробы нетронутого снега. Эти места явно были ему знакомы, так как с дороги ничего не было видно дальше нескольких десятков метров.

Когда он уверенно шагнул в глубокие снежные сугробы, индус вздрогнул – холод он терпеть не мог.

Прошло уже почти двадцать минут, и индус решил выйти посмотреть, куда тот подевался.

Внизу от дороги, в пятидесяти метрах от автомобиля, пассажир молча стоял на краю обрыва и, не двигаясь, засунув руки в карманы пальто, всматривался вдаль.

Индус вернулся в тёплое авто, громко хлопнув дверью. Он посмотрел на уровень топлива на приборной панели и, недовольно причмокивая, покачал головой.

Пассажир всё так же продолжал неподвижно стоять над рекой, прислушиваясь к шумному потоку её тёмных вод.

«Встречаются же в жизни оригиналы, – размышлял таксист, поёжившись от холода, – на улице ночь, снег, мороз, а этому чудаку всё нипочём. О чём можно размышлять на таком морозе?»

Тёмная фигура мужчины, словно языческий идол, возвышалась над ущельем. Одиноко стоя над обрывом, мужчина пытался понять, где с ним «это» произошло впервые.

Именно «где», а не «когда», поскольку точное время врезалось в его память навсегда. Само место, где это произошло, он также запомнил и, тысячу раз возвращаясь в мыслях туда, в тот день, он пытался понять, где это происходило на самом деле, так как понимание места, где всё произошло, не могло дать ответ на вопрос, в какой именно его жизни это случилось впервые.

К отсутствию ответа на вопрос «где?» он уже давно привык.