Овцы в волчьих шкурах: в защиту порицаемых

Действительно, подобное отношение – неотъемлемая часть западной цивилизации, воплощенная в законе, в нашей Конституции и в естественном праве.

Уникальность либертарианства заключается не в формулировке его базового принципа, а в том, с какой строгой, даже маниакальной последовательностью этот принцип воплощается. Например, большинство людей не видит никакого противоречия между ним и нашей системой налогообложения. Либертарианцы видят.

Налогообложение противоречит базовому принципу, потому что подразумевает агрессию против неагрессивных граждан, отказывающихся платить.

Не имеет ни малейшего значения тот факт, что государство предоставляет товары и услуги в обмен на налоговые поступления. Важно другое: так называемый обмен (налоговых платежей на государственные услуги) является принудительным. Не имеет значения и то, что большинство граждан поддерживает принудительное налогообложение. Инициирование агрессии недопустимо, даже если его одобряет большинство. Либертарианство осуждает его в этой сфере точно так же, как и везде, где оно происходит.

Другим различием между убеждениями либертарианцев и иных членов общества является утверждение, обратное тому, что инициирование насилия – это зло. Либертарианцы утверждают, что в рамках политической теории все, что не связано с инициированием насилия, не является злом. Все, что не связано с инициированием насилия, не требует наказания и не должно ставиться вне закона. И это основа первой части моей аргументации. Так называемые злодеи не являются злодеями, если они не инициируют насилия по отношению к тем, кто не проявляет агрессии.

Как только становится ясно, что ни один из этой галереи людей, на первый взгляд являющихся преступниками, не виновен ни в каком насильственном преступлении, нетрудно понять и второе утверждение: практически все рассматриваемые нами люди приносят пользу остальному обществу. Эти люди не являются агрессорами. Они никому себя не навязывают. Если другие представители общества имеют с ними какие-то дела, это происходит добровольно.

Люди участвуют в добровольных сделках, потому что ожидают извлечь из них какую-то пользу. Раз люди добровольно торгуют с нашими «злодеями», то они должны получить от них что-то, что им нужно. «Злодеи» должны приносить пользу.

Третья предпосылка неизбежно вытекает из второй. Добровольная торговля – единственный путь взаимодействия, открытый для тех, кто, подобно козлам отпущения, избегает насилия. Такая торговля всегда должна быть выгодной для всех сторон.