Философия бессмертия

А вот с положительными универсальными суждениями такая же проблема, как и с отрицательными экзистенциальными – нужно перебрать и рассмотреть всех во?ронов, чтобы убедиться, что все они чёрные.

Карл Поппер в ответ на эти трудности принципа верифицируемости публикует в 1934 году труд «Логика научного открытия», в котором предлагает новый критерий для решения проблемы демаркации науки. Это – критерий фальсифицируемости. Если говорить на простом языке, то критерий фальсифицируемости заключается в том, что суждение следует считать научным, если существует методологическая возможность его опровержения при помощи постановки того или иного эксперимента, даже если такой эксперимент ещё не был поставлен.

Другими словами, если некоторую гипотезу невозможно опровергнуть, то она не может считаться научной. За примерами далеко ходить не надо – любая религиозная система в своих основах не является ни верифицируемой, ни тем более фальсифицируемой, поэтому наука и не занимается (старается не заниматься) спорами с адептами таких систем.

Критика логического позитивизма обычно основывается на том, что сами по себе эти критерии верифицируемости и фальсифицируемости сформулированы таким образом, что их невозможно подвергнуть проверке самими собой. Действительно, можно ли верифицировать критерий верифицируемости? Судя по всему, это положительное универсальное суждение, а потому критерий верифицируемости к нему не подходит. То же самое можно сказать и о возможности фальсифицировать фальсифицируемость.

Это отрицательное универсальное суждение, к которому не подходит уже критерий фальсифицируемости. Верифицировать фальсифицируемость и фальсифицировать верифицируемость тоже затруднительно по тем же причинам – это тоже отрицательное и положительное универсальное суждения соответственно.

В качестве примера неверифицируемой и, главное, нефальсифицируемой космогонической теории, которая, кажется, может объяснить вообще всё, но при этом не привносит в такое объяснение действие чуда или чего-то подобного, может быть следующий мысленный эксперимент.

Единственное «чудо» в этом эксперименте – первоначальная установка, которая принимается аксиоматически.

Итак, пусть есть некоторый «первоначальный мир» – бесконечный как во времени, так и в пространстве. То есть он существовал всегда и будет существовать вечно. И этот мир протяжён во все стороны всех своих пространственных измерений в бесконечность.