Без обид. Как извиняться, чтобы прощали, даже если все безнадежно

Впервые за все время терапии она заговорила с мужем, перебивая его: «Точно! Помнишь, как мы выяснили, что оба любим делать одни и те же дурацкие вещи?»

Филип кивнул, и они произнесли в унисон: «Было замечательно!»

Какое-то время мы провели в тишине. Их поразительный переход от отчуждения к единению был безошибочным.

Я спросила их, когда же все изменилось. Никто не смог ответить. Напряжение вернулось в их голоса, пока они описывали начало их супружеской жизни.

– Мы ни в чем не могли достичь согласия! Даже в том, куда повесить картину! – говорила Лиза.

– Точно! Она всегда критиковала все, что я делал! – не отставал Филип.

– Он никогда не спрашивал моего мнения, а сразу приступал к делу и вбивал первый гвоздь!

Филип нахмурился и сказал жене:

– А ты никогда и не предлагала помощь, не так ли?

– Знаешь, а я ведь тоже умею пользоваться молотком. Но ты никогда не предлагал мне сделать это вместе.

– Неужели тебе так важны были эти картины?

– Нет, Фил, мне было все равно.

Тяжелая, наполненная печалью тишина. Потом Лиза повернулась ко мне и сказала со вздохом:

– В конце концов я всегда бросала это дело и позволяла ему сделать все так, как он хочет.

– Но она ни на секунду не прекращала жаловаться по этому поводу.

На этом моменте я вмешалась:

– Все это звучит как спор, который был у вас очень давно. Возможно, он касается не только развешивания картин.

– У нас этот спор постоянно, – ответил Филип.

– Если мы вообще разговариваем, – добавила Лиза.

– Да, спустя какое-то время мы просто перестали разговаривать. Спорам все равно нет конца.

– Не могу понять, почему между нами все не может быть так, как до свадьбы, – понизив голос, сказала Лиза.

Они встречались несколько лет, прежде чем пожениться, и счастливо проводили вместе большую часть свободного времени.

Каждый аспект их семейной жизни, казалось, отражал одну и ту же безумную схему: каждый раз, когда назревала ссора, они сдавались, не разобравшись.

Чем больше я расспрашивала о переменах в их отношениях, тем больше Лиза нервничала и крутила в руках бумажные салфетки. Когда Филип упомянул о самой свадьбе, она прикрыла глаза рукой. По ее щекам медленно текли слезы. Филип повернулся ко мне и недоуменно пожал плечами. Ее несчастье было ощутимо, но никто из них не мог сказать мне, о чем она плакала.

Пара согласилась прийти еще раз.