Калейдоскоп жизни. Истории, которые вдохновляют на перемены

Тогда мало кто обращал внимание на гигиену, про микробов даже не думали…

А со свечой Флоренс Найтингейл обходила палаты вот почему: в медсестры тогда шли только отбросы общества. Такая была презираемая профессия. И Флоренс не только щедро платила женщинам, решившим ухаживать за больными и ранеными. Она следила, чтобы они не напивались допьяна, не воровали, не вступали в интимные отношения с пациентами за небольшую мзду… Трудно представить себе обстановку госпиталей тех лет. Надо было навести чистоту, физическую и моральную.

Большинство умирает от грязи! В этом были уверены и доктор Бэрри, и мисс Найтингейл.

Они были страшно измотаны. Они боролись с грязью, с бюрократией и с самой смертью. Вокруг умирали люди. И характер у обоих был не очень, мягко говоря. Суровая, властная, непоколебимая Флоренс, которая отказалась от личного счастья – ну кто женится на медсестре? Тогда это была позорная профессия. И маленький доктор Бэрри, визгливый и сварливый, этакий злобный карлик. Он и на дуэлях дрался, и начальству перечил… Только с пациентами эти двое были добры и участливы.

Вот доктор и рассорился с медсестрой. Они много чего друг другу наговорили в ярости. И Флоренс записала потом, мол, свет не видывал такой грубой скотины, как доктор Бэрри.

Вы только представьте их в этом жутком госпитале, где стонут и хрипят умирающие. Измотанных, измученных бессонницей, почти отчаявшихся. Им противостояло безразличие чиновников и сама Смерть. Вот они стоят и орут друг на друга, от усталости и безысходности.

Не на раненых же орать…

Флоренс не знала, что «грубая скотина» – это никакой не мужчина. Это маленькая худенькая дама Маргарет-Энн, которая когда-то притворилась мужчиной, чтобы получить медицинское образование и стать врачом. Женщины не имели права быть врачами в те времена. И эта крошечная решительная Маргарет обматывалась каждое утро полотенцами, чтобы скрыть изгибы фигуры. Надевала башмачки на высокой подошве, чтобы казаться выше, и военную форму. И решительно шла лечить и спасать.

Она стала доктором Бэрри. И спасла много жизней. Она провела первую в Африке операцию кесарева сечения, спасла и мать, и ребенка. И работала военным врачом, дослужившись до должности главного инспектора госпиталей.

Они кричали друг на друга, две измотанные, уставшие и нервные подвижницы, две женщины девятнадцатого века, которые пожертвовали всем ради спасения больных. Флоренс так и прожила одна всю жизнь, в условиях… ну, сами представляете теперь условия.