Большая книга экстрасенса. Упражнения для развития сверхспособностей

В те времена я уже тоже относительно неплохо владел гипнозом, но работать так безупречно, как эти два корифея парапсихологии, у меня не получалось – ни с людьми, подверженными внушению, ни, тем более, с произвольно набранной группой. Люди у меня заваливались навзничь тоже, но не все – где-то половина или немного больше. Я не мог понять, в чем тут дело? И на это у меня были причины: несколько раз мне довелось проводить индивидуальные сеансы гипноза с теми, с кем ранее уже работали Кашпировский и Игнатенко, и все они утверждали, что мой гипноз действует на них даже сильнее, чем у вышеозначенных экстрасенсов.

А надо сказать, что подобные представления в те годы, по примеру Кашпировского и Чумака, проводили все кому не лень, все, кто хоть как-то соприкасался с экстрасенсорикой, и среди них попадались и шарлатаны, желавшие подгрести бабла на жареном. Но однажды я случайно попал на подобный сеанс, который проводил Борис Ванин, ранее уже упомянутый мною. Дело было в актовом зале одного из институтов города, и Борис так же безупречно, как и Кашпировский и Игнатенко, проделал эксперимент с мгновенным усыплением зрителей, причем вышедших для испытания произвольно и потому не склонных к внушению.

После сеанса я поднялся на сцену и спросил его: почему у меня так не получается? На что Борис ответил:

– Должно получаться, просто ты что-то неправильно делаешь.

– А что именно?

Борис развел руки:

– А ты приходи ко мне завтра на прием после обеда, там посмотрим…

На следующий день я заявился к нему в кабинет, располагавшийся в одном из известных центров нетрадиционной медицины, где он практиковал.

Я подождал, пока от него выйдет пациент, и под шиканье очередников прошел к нему. Борис сидел в роговых очках эпохи немого кино и изучал какие-то рентгеновские снимки.

– Присаживайтесь, – не поднимая глаз, бросил он. – На что жалуетесь?

– На плохую квалификацию, – вздохнул я.

Борис боднул меня черными глазами из-под очков, затем снял их, пожал с улыбкой мне руку и, не говоря ни слова, вышел в коридор.

Оттуда он привел с собой человек семь или восемь – примерно половину очереди, ожидавшей его приема. Борис выстроил людей в ряд и сказал им, что перед приемом их всех надо протестировать, и что тест этот проведет его помощник, и он показал на меня.

– Ну, действуй, – сказал он мне и зашел в тыл шеренги, чтобы подстраховать тех, кто, падая, заснет.