Солнечный нигилизм. Как отказ от поиска смысла может сделать нас по-настоящему счастливыми

И именно здесь мы (с нашим мороженым) сегодня оказались. В какой-то момент этот благородный, глубоко личный поиск, который может занять целую жизнь, превратился в товар, навязываемый обществом. То, что раньше было эпосом, сжалось до размеров анекдота.

Глубоких размышлений над вопросами любви, семьи, работы или религии уже стало недостаточно (но будьте осторожны: ловушки есть и в них). Теперь от нас требуют искать смысл во всем, что мы делаем. От утреннего кофе до стирки на выходных – каждое событие или бытовую мелочь необходимо оптимизировать и превращать в глубокое высказывание о бытии.

Еще до звонка будильника нас будят уведомления приложений с гороскопами, которые передают нам указания звезд. Почтовые рассылки с бесконечными задачами и целями ждут нас в папке «Входящие» и требуют незамедлительного внимания. В ванной мы слушаем подкасты о том, как наполнить день смыслом, а после выкраиваем несколько минут, чтобы подробно расписать, чего нам удалось достичь накануне. Если раньше занятия спортом позволяли нам (с таким удовольствием) отключить голову, то теперь мы прерываем наше уединение музыкой из приложений с красивым дизайном, чтобы приятный голос рассказал нам, что на самом деле даст нам этот обряд изгнания калорий, как с каждым шагом мы переделываем себя и приближаемся к какой-то неизвестной новой жизни, до которой осталось всего два с половиной километра.

Надо сказать, что мои философские прозрения со дна коробки «Хэппи Мила» отгородили меня от этого.

Какое-то время моя преданность бессмысленности была так крепка, что испортила множество уроков воскресной школы, лекций по философии и пьяных разговоров. Всякий раз, когда я жалела себя или теряла почву под ногами, я мысленно возвращалась к клубящейся массе случайных событий, которые привели к моему рождению, и думала: ну, по крайней мере, все уже сложилось неплохо. Ощущение своей ничтожности в этом мире и в собственном представлении давало мне странное чувство покоя.

Но, как выяснилось, даже многолетний приверженец концепции бессмысленности может попасть в смертоносную декадентскую ловушку смыслов.

Когда в 2010-х годах я работала в цифровых медиа, мои отношения с растущей коммерческой ценностью смысла начались с недоумения и закончились зависимостью. Журналистика – дело сложное и дорогое, и, к сожалению, глубоко продуманный, качественный и действительно содержательный контент очень редко находит своего читателя.