Чикатило. Явление зверя

– Я на обед, Тимур Русланович. Догоняйте, – ухмыльнулся Ковалев и пошел прочь.

Следователь буровил взглядом счастливого Витвицкого. Внезапное появление психолога и радостная идиотская улыбка на его физиономии должны были иметь под собой очень веские основания, иначе… Иначе он, ей-богу, претворит в жизнь угрозу отправить этого «помощника» в Москву с волчьим билетом.

– Вы что делаете, Витвицкий? – холодно процедил Кесаев.

– Тимур Русланович, я очень прошу вас, уделите мне пять минут своего времени, – с трудом сдерживая улыбку, попросил Витвицкий.

Кесаев одарил капитана убийственным взглядом.

– Пожалуйста, товарищ полковник. Это важно.

Вздохнув, Кесаев сделал несколько шагов по коридору и толкнул дверь, пропуская Витвицкого вперед.

В кабинете Кесаев прошел к столу, Витвицкий семенил следом, его переполнял азарт.

– Во время следственного эксперимента в показаниях Шеина возникли противоречия, – уверенно говорил капитан. – Он привел нас точно на место убийства, но говорил так… будто не спрятал там тело, а нашел его…

Кесаев сел за стол.

– И удочки, по его словам, из листьев торчали.

– К чему вы все это? – мрачно поинтересовался Кесаев.

– Я был в троллейбусном депо, где задержали Шеина. Там по забору колючая проволока идет. Я не врач, но я уверен… Характер повреждения… царапина на руке Шеина… это не от сломанной удочки. Расщепленный бамбук не так царапается…

– Серьезно? – губы следователя тронула полуулыбка. – А как?

Витвицкий рывком отдернул рукав, заголяя руку.

– Вот так, – радостно сообщил капитан, демонстрируя начальству исцарапанную руку.

Кесаев взял подчиненного за запястье, повернул его руку к свету, разглядывая царапины.

– Удочку покупали специально? – поинтересовался он.

– Ага, – с детской непосредственностью улыбнулся Витвицкий. – В «Спорттоварах». Сломал и попробовал. Видите?

Кесаев отпустил руку психолога.

– Совсем иной характер царапин, – не унимался капитан. – А Шеин… Он ободрал руку о колючую проволоку, когда лез через забор.

И Витвицкий завернул рукав на другой руке, демонстрируя длинную царапину, очень похожую на царапину Шеина.

– Вот, это от колючей проволоки!

Кесаев хмыкнул:

– Йодом хотя бы обработали?

– Перекисью… Неважно! – Витвицкий сиял, как именинник. – Я не специалист, но… тут и не надо быть специалистом, Тимур Русланович.