Тайный код России

Царь писал: «Когда сии письма получите, то дайте в наши шанцы сегодня знак, не мешкав, однем великим огнем и пятью пушечными выстрелами рядом… что вы те письма получили». Таким образом, военная шифрованная корреспонденция сопровождалась ещё условной сигнализацией. Сами письма пересылались в полых снарядах.

Появился шифр и у нового органа спецслужб – Преображенского приказа.

Преображенский приказ стал ведать охраной порядка в Москве, расследовать особо важные судебные дела, получил исключительное право следствия и суда по политическим преступлениям.

Находился в непосредственном ведении царя.

Екатерина I. С воцарением на российском престоле Екатерины I вице-канцлером России и, следовательно, руководителем её криптографической службы становится Андрей Иванович (Генрих Иоганн Фридрих) Остерман.

Остерман ещё при Петре I в 1720 году занял место тайного канцелярии советника в Коллегии иностранных дел. При Екатерине I профессиональные способности, трудолюбие, дипломатическое искусство и знание в совершенстве четырёх европейских языков сделали его незаменимым для императрицы.

Она пожаловала Остермана званием вице-канцлера с чином действительного тайного советника, а затем он был назначен членом Верховного тайного совета.

Историческим портрет

Русский историк и философ XIX века Н.И. Костомаров лучше всех написал об Остермане: «Вестфалец родом, чуждый России по происхождению, по воспитанию и по симпатиям, которые привлекали его как немца в немецкой народности, этот иноземец более всех других иноземцев, привлечённых в Россию Петром Великим, понял, что, поселившись в чужой стране, надобно посвятить себя совершенно новому отечеству и сжиться с духом, нравами, особенностями того общества, среди которого будет течь новая жизнь… Это был человек замечательной честности, ничем нельзя было подкупить его – и в этом отношении он был истинным кладом между государственными людьми тогдашней России, которые все вообще, как природные русские, так и внедрившиеся в России иноземцы, были падки на житейские выгоды, и многие были обличаемы в похищении казны.

Для Остермана пользы государству, которому он служил, были выше всего на свете».

При Остермане криптографы Коллегии иностранных дел продолжали работу в соответствии с уже установившимися традициями. Научная мысль не стояла на месте, постоянно велись поиски новых видов шифров.