Становление личности в психоанализе

В понимании Клаубера интерпретация негативного переноса означает, что аналитик принимает ошибочное восприятие пациента. В этом разница с интерпретацией, ясно указывающей на то, что аналитик не принимает такого восприятия. Это основное, что я хотел бы подчеркнуть, говоря об ортодоксальном подходе Клаубера. (Также стоит упомянуть, что Клаубер никогда не нарушал пятидесятиминутной длительности сессии, не сокращал и не превышал ее. Он эпизодически менял время сессии и совсем редко отменял ее. Это создавало ощущение надежности.

)

Теперь я обращусь к тем аспектам индивидуального аналитического стиля Клаубера, которые, несмотря на свою нетрадиционность, играли важную роль в достижении терапевтического результата. После того, что я сказал о значительном внимании, которое он уделял интерпретации переноса и контейнированию фантазий переноса, может показаться нелогичным и противоречивым то, что он подчеркивал важность непереносных элементов в аналитическом сеттинге. Он считал, что пациент способен чрезвычайно тщательно исследовать настоящие личностные факторы аналитика.

В работе «Психоаналитик как личность» он пишет:

Когда пациент приходит на консультацию к аналитику, не только аналитик оценивает пациента – пациент также стремится оценить аналитика. Несмотря на то, что перенос начинает складываться до консультации и играет важную роль в последующей реакции пациента, в процессе анализа обнаруживается, что способность Эго к оценке не парализована. Так же как психоаналитик начинает сбор информации с описания внешнего вида пациента, его движений и стиля одежды, информация об аналитике таким же образом скапливается у пациента: о его способности реагировать, его вкусах и личных пристрастиях, например, по картинам на стенах.

Некоторые аналитики относятся к этому с сожалением и стараются ограничить эффективность оценки, создавая так называемый «нейтральный» сеттинг. Мне кажется, что такое отношение не учитывает в должной степени человеческий интеллект и человеческое бессознательное. Женщина, явно страдающая от параноидных тенденций, объясняет отказ от лечения у конкретного психоаналитика тем, что она никогда не смогла бы проходить анализ у кого-то, кто так безвкусно оформил свою консультационную комнату. Сама пациентка была необычайно восприимчива к изобразительному искусству, что выражалось в особенной разборчивости в приобретении предметов искусства. Один психоаналитик усмотрел в этом решении явное проявление неразумности пациентки.