13 диалогов о психологии

Жалостью схваченный, он слово такое изрек:

«Стой! Перестань его бить! В бедняге умершего друга

Душу я опознал, визгу внимая ее» [4, с. 170–171].

Сам Ксенофан считал, что боги, о которых говорят греки, есть плод творческого воображения людей: эфиопы пишут своих богов черными и с приплюснутыми носами, фракийцы – рыжими и голубоглазыми [см. Там же, с. 172]. А вот если бы имели руки быки или кони, то они бы рисовали своих богов быками или конями. Нет, Ксенофан не отрицал бога, но это единый бог,

…меж богов и людей величайший,

Не похожий на смертных ни обликом, ни сознаньем [4, с.

172].

Этот бог Ксенофана неподвижен и правит миром лишь одной силой своей мысли. В Элейской школе вообще отрицали движение и развитие, в отличие от Гераклита. Поэтому элеатов называли первыми метафизиками.

С.: Как же они доказывали это отсутствие движения?

А.: Хороший вопрос и, главное, вовремя поставленный, потому что именно в Элейской школе мы впервые в истории философии встречаемся с доказательством как таковым, до этого философы опирались больше на аналогии и метафоры [см.

2, с. 152]. Попытки доказательства мы находим у Парменида. По сообщениям Платона, будучи молодым, Сократ слушал Парменида [см. 4, с. 275]. Возможно, что приемы «сократических диалогов» имеют своим истоком беседы Парменида с его учениками и слушателями. А вот доказательства основных положений философии Парменида, на мой взгляд, доказательствами не являются. Сначала Парменид пытается доказать, что небытие не существует, потому что оно «немыслимо» (его нельзя помыслить). Для Парменида предмет мысли и мысль о предмете тождественны. Раз нет небытия, то тогда бытие должно быть только единым и неподвижным, ведь тогда ничто не может разделить бытие на части и ничто не может исчезнуть и ничто не может возникнуть. Стало быть, в мире все неизменно.

С.: Действительно, это не доказательства.

А.: А что ты скажешь на это: покоится ли летящая стрела?

С.: В каком смысле? Она же движется?

А.: А вот третий представитель Элейской школы, Зенон, утверждал, что покоится.

С.: Как так?

А.: Давай будем рассуждать, как Зенон. В каждый данный момент времени стрела занимает какое-то особое место, так?

С.: Так.

А.: В следующее мгновение она будет занимать какое-то другое место?

С.: Да.

А.: Занимая этот отрезок пространства, стрела в этом месте покоится?

С.: Похоже, что так.

А.: Значит, в сумме мы получаем сумму состояний покоя?

С.: Да.

А.