Прошлое. Настоящее. Будущее

Память о страшных русских страданиях под большевиками должна стать основой русского мышления на ближайшую тысячу лет. Это то, что заслуживает только ненависти – а всё, что мы будем делать дальше, должно быть посвящено разрушению большевизма и предотвращению его нового прихода. «Больше никогда» – вот что нужно сказать и вот что нужно сделать нам, русским, после освобождения от большевицкого ада (в котором, напоминаю, мы до сих пор и пребываем).

Ровно так же – не по накалу чувств, но по знаку их – следует относиться и ко всему тому, что было в русской истории мерзостного и дурного.

В том числе и к Ивану Грозному, мучителю и убийце русских людей, мучителю и убийце во имя своего безумия, гордыни и чужебесия (он русских ненавидел и предпочитал иностранцев – что никогда нельзя забывать и не уставать напоминать всегда и везде).

На это более-менее подкованные люди отвечают примерно следующее. Это ты, Крылов, морализируешь как дурак. А вот умные народы, вроде англичан, любят-обожают всех своих уродов и всем им памятники ставят.

Вот, например, Генрих VIII Тюдор, который натворил дел не меньше, чем Иван IV – и с папой поссорился, и церкви с монастырями грабил, и жён менял как перчатки (одна история с Анной Болейн чего стоит), и массу всякого прочего народа перебил. Как пишут биографы, «деспотизм этого короля как в государственной, так и в личной жизни не знал никаких границ». А всё же в Лондоне стоит ему памятник!

Увы. Такого рода рассуждения – на тему того, «как у них там всё» – полезны только в том случае, когда они доводятся до конца.

То есть когда мы узнаём в точности, как у них там всё на самом деле, и понимаем, почему и зачем это.

А именно. Памятник стоит в портике старинного госпиталя Святого Варфоломея (St Bartholomew’s Hospital). Стоит он не просто так, тут была история. Во время разорения монастырей были закрыты также многие организации, занимавшиеся благотворительностью. Однако госпиталь тиран пощадил, передав его в ведение Лондонского Сити. За что ему в 1702 году и поставили памятник.

То есть смысл установки этой статуи следующий. На первом уровне – традиционный английский индивидуализм и примат частных интересов: да, король был плохой, но вот персонально нам он сделал хорошо и мы его за это персонально благодарим. Имеется и второй уровень: памятник поставлен, по сути, не самому королю, а одному из его немногих хороших поступков: «добродетель надо вознаграждать, даже если её проявляет сущий злодей».