Прошлое. Настоящее. Будущее

При этом различия могли быть не слишком заметными (и раздражающими) для посторонних, но принципиальными для самих евреев. Иногда они сводились буквально к деталям – пейсам или нитям цицис, болтающимся из-под одежды. Иногда не было и этого (поскольку временами христианским правителям приходило в голову запрещать еврейскую одежду – чтобы потом, наоборот, запрещать евреям одеваться по-европейски). Но всегда и во всех случаях евреи старались отличаться от неевреев хоть небольшой особенностью. По хасидской легенде, даже праотец Авраам одевался иначе, чем окружающие его неевреи.

И ещё одна важная подробность. Всегда существовало различие между «светскими евреями», которые старались максимально уподобиться – даже внешне – христианам, и евреями ортодоксальными, носителями традиции. Которые всячески подчёркивали своё еврейство, в том числе и во внешнем облике. Иногда это выглядело смешно. Но стоит помнить: именно эти люди всем своим видом напоминали собратьям-евреям о том, что они евреи.

Без бородатых и пейсатых раввинов, соблюдающих множество запретов и ограничений, не было бы и успешных еврейских бизнесменов и юристов, одетых по последней моде и с аккуратными висками.

– 7 —

Но отвлечёмся от еврейской темы. Возьмём совершенно иное время и совершенно иных людей. А именно – обратимся к истории фашизма. Мы привыкли воспринимать фашизм – что итальянский, что немецкий – как некое «учение».

И понятно почему: таковым был «марксизм-ленинизм», нам слишком хорошо знакомый.

Однако главным принципом фашизма было отрицание доктринёрства (Геббельс, наверное, сказал бы «талмудизма») и примат практики над теорией. А первые его успехи были связаны не с программой (у итальянского фашизма долгое время вообще не было никакой утверждённой программы, её придумали задним числом), а с привлекательным стилем фашизма.

Эрнст Нольте в своём фундаментальном труде «Фашизм в его эпохе», писал о раннем итальянском фашизме так: «В общем, почти до конца 1920 года фашизм влачил своё существование без сильной организации, без заметного руководства, без впечатляющего стиля.

Из всех элементов его основной картины прежде всего получил удивительное развитие его стиль».

Дальше он подробно пишет о самом этом «стиле» – начиная от придуманного Габриэлем д’Аннунцио боевого клича Eia, eia, eia, alal?, и кончая чёрными рубашками, песней “Giovinezza” и нападениями на «внутренних врагов».