Союз 17 октября. Политический класс России. Взлет и падение

Он с раздражением отмахнулся от слов Витте, что историческая власть в народном представительстве найдет устойчивую поддержку: «Не говорите мне этого, Сергей Юльевич, я отлично понимаю, что создаю не помощника, а врага, но утешаю себя мыслью, что мне удастся воспитать государственную силу, которая окажется полезной для того, чтобы в будущем обеспечить России путь спокойного развития, без резкого нарушения тех устоев, на которых она жила столько времени». Витте чувствовал себя не в своей тарелке: «Он весь как-то ежился и маялся и совсем не похож был на великолепного и развязного Витте, грубо обрывавшего своих противников на разных совещаниях».

От идеи всеобщего избирательного права в итоге отказались. Тем не менее оно было предоставлено самым широким слоям населения. Избирательная система обеспечивала значительную часть мандатов крестьянству. Это объяснялось славянофильскими настроениями, которые разделяли самые разные представители высшей бюрократии.

Казалось, что крестьянство – незыблемая основа самодержавной России. Ходили толки, что К. П. Победоносцев по этому поводу сказал: «Мужичёк… он чутьем спасет Россию».

Кто такой этот «мужичёк»? Что он думает, что желает? Писатель М. М. Пришвин вспоминал, как 17 октября 1905 года певшая «Марсельезу» и размахивавшая красными флагами толпа понесла его к университету. На Дворцовом мосту встретились мужики. Увидев демонстрацию, они только перекрестились.

А в деревне, приблизительно в то же время, толпа крестьян молчаливо стояла перед горевшей помещичьей усадьбой. Никто не собирался идти на помощь. Заметив же в огне корову, бросились заливать ее водой.

Осенью 1905 года настроения широких масс – предмет для дискуссий. Интерпретации происходившего в стране могли быть самые разные. В октябре социолог и публицист С. Н. Южаков признавал, что в России разворачивалась особая, «мирная революция»:

Не на баррикадах одерживает свои победы народная революция в России.

На улицах торжествует тройственный союз черносотенной губернской администрации, ее полиции и мобилизованных ими жуликов и хулиганов…

25 октября 1905 года социал-демократ, член «Союза освобождения» С. Н. Прокопович отмечал, что отсутствие привычных форм революционного насилия отнюдь не мешает считать события 1905 года революционными:

Там (в Пруссии, во Франции. – К. С.