В приемной доктора. Закулисные драмы отделения терапии

Об угол стола, наверное.

Я не на шутку встревожился.

– Мистер Шусмит, я не пытаюсь уличить вас во лжи, но вы пару минут назад сказали, что упали в саду.

– Я точно не помню, это было несколько дней назад.

Он упорно разглядывал свою кепку и тянул за нитку. На пальцах его правой руки виднелись следы от табака, а с тыльной стороны руки был заживающий порез, который уходил под рукав.

– У вас серьезный порез, мистер Шусмит, – сказал я, указывая на его руку. – Не могли бы вы сказать, откуда он?

Мне требовалось соблюдать осторожность.

Я должен был вести себя как обеспокоенный врач, а не полицейский на допросе. Грань очень тонка. Он незамедлительно прикрыл порез левой рукой.

– Вероятно, порезался в саду, – пробормотал он.

Я не торопился. Мы с Дереком Шусмитом были знакомы всего несколько минут. Мне хотелось, чтобы он начал мне доверять.

– Мистер Шусмит, мы с вами раньше не встречались. Вы не скажете мне, с кем вы живете?

Изменение траектории разговора застало его врасплох, и он поднял на меня глаза.

– Со своей женой Джун, – ответил он с облегчением, чувствуя себя на более безопасной территории.

– У вас есть дети?

– Да, два сына. Один работает с компьютерами в Канаде, а второй живет в Лондоне.

– Вы часто видитесь?

– Они обычно приезжают раз в год. У них своя жизнь, и они заняты семьей и работой.

– А как дела у вашей жены Джун? Она в порядке?

Этот вопрос его смутил.

– Мы справляемся, – ответил он, ерзая на стуле. – Доктор Хан, пожалуйста, выпишите мне рецепт.

Я не хочу дальше отнимать у вас время.

Я понимал, что консультация подошла к концу. Мистер Шусмит надел кепку и начал застегивать пиджак.

– Я надеюсь, вы не сердитесь, что я задал вам эти вопросы, мистер Шусмит. Это мой первый рабочий день, и я хочу лучше узнать своих пациентов, – солгал я, печатая рецепт.

– Я понимаю, – отрезал он. – Я бы хотел получить свой рецепт.

Я протянул ему листок.

– Приходите снова, если кашель не пройдет, – сказал я, когда он направился к двери.

– Спасибо, доктор Хан, – ответил мистер Шусмит. Ему было сложно открыть тяжелую дверь, поэтому я поднялся, чтобы помочь.

– Я справлюсь, – сказал он. Я сел и наблюдал за тем, как он выходит.

Я злился на себя за то, что повел себя неправильно и не узнал причину травм мистера Шусмита. В голове зазвучал голос моего наставника.

У каждого начинающего врача общей практики есть свой наставник, словно он цирковой слон или лев, который выступает с дрессировщиком.