Философия освобождения

Первое следствие этого несовершенства заключается в том, что животное обычно связывает частичные представления ума только с частями объектов. Только те объекты, которые полностью видны на сетчатке глаза, будут восприниматься как целые объекты; все остальные недоступны ему как целые объекты, поскольку его воображение не в состоянии удержать множество частичных идей, которые исчезли. Таким образом, можно сказать, что самое умное животное, стоя вплотную к дереву, не получит его полного образа.

Тогда в нем отсутствуют важные связи, устанавливаемые разумом на основе априорных форм и функций.

Он не может конструировать время и поэтому живет исключительно в настоящем. С этим связан тот факт, что животное распознает только те движения, которые ощутимы в точке настоящего. Весь ход смены места объекта, незаметная смена места и все внутренние движения (события) ускользают из его сознания. Кроме того, животное не сможет связать воздействие одного объекта с изменением другого, поскольку ему не хватает общей причинности.

Признание динамической связи между вещами для него, естественно, совершенно невозможно. Только причинную связь между своим телом и теми вещами, воздействие которых на него он уже испытал, то есть вторую причинную связь, упомянутую в аналитике, хотя и существенно ограниченную, он узнает с помощью памяти. Поскольку он также лишен субстанции, его мир как концепция является неполноценным и фрагментарным.

Наконец, он не может формировать понятия. Поэтому он не может мыслить понятиями, и его дух лишен той важной вершины, которую можно достичь только через мышление: самосознания.

– как чувство,

– как самоощущение (общее чувство индивидуальности).

Если нельзя приписать высшим животным абстрактное мышление, то, с другой стороны, необходимо приписать им мышление в картинках, на основе суждений в картинках. Лиса, пойманная в ножную петлю, которая прокусила себе ногу, чтобы освободиться, сделала два правильных суждения, держа свободную ногу живописно рядом с другой, и сделала из них правильный вывод: все это в живописной форме (без понятий), подкрепленной непосредственным восприятием.

Таким образом, разум животного односторонне развит, а его дух в целом существенно ограничен. Поскольку дух – это не более чем часть разделенного движения, из этого следует, что остальные движения животной воли должны быть более интенсивными, то есть инстинкт должен выходить на первый план у животного, чем демон у человека.