Философия освобождения

Мы не можем составить «ни образа, ни подобия» его, а значит, не можем получить никакого представления о том, как имманентный мир множественности когда-то существовал в простом единстве. Но мы обрели одну неопровержимую уверенность, а именно, что этот мир множественности когда-то был простым единством, рядом с которым не могло существовать ничего другого.

Здесь кроется ключ к решению проблемы, которой мы сейчас занимаемся.

Почему и как единство распалось на множественность – это вопросы, которые нельзя задавать ни в какой физике.

Единственное, что мы можем здесь сказать, это то, что, какова бы ни была причина распада, это факт простого распада.

это был акт простого единения. Если, следовательно, в имманентной сфере мы находим только индивидуальную волю, а мир есть не что иное, как коллективное единство этих индивидов, то, тем не менее, они не являются полностью независимыми, поскольку они были простым единством до мира, а мир был актом этого единства. Так, подобно рефлексу, предмировое единство лежит над миром множественности, так, подобно рефлексу, невидимая, неразрывная связь опутывает все индивидуальные существа, и этот рефлекс, эта связь, является динамической связью мира.

Каждая воля действует на все другие прямо или косвенно, и все другие воли действуют на нее прямо и косвенно, или все идеи находятся в «непрерывном взаимодействии».

Таким образом, мы имеем наполовину независимую личность, наполовину активированную собственной силой, наполовину страдающую от других идей.

Он самозабвенно вмешивается в развитие мира, а развитие мира вмешивается в его индивидуальность.

Все фетиши, все боги, демоны и духи обязаны своим происхождением одностороннему рассмотрению динамической связности мира. Когда человек в седой древности был здоров, он не думал о фетишах, богах, демонах и духах. Тогда индивид ощущал свою силу и, не чувствуя никогда не ослабевающего влияния других идей из-за своего кратковременного слабого воздействия, считал себя только активным и отдавал себя, как бог.

Если же, напротив, другие идеи атаковали человека с ужасной, чудовищной эффективностью, то его сила полностью исчезала из его сознания, тогда он видел в эффективности других идей всесокрушающее всемогущество разгневанного трансцендентного существа и разбивал свою голову перед образами из дерева и камня, дрожа всем телом и испытывая безымянные душевные муки. В наше время это, вероятно, будет по-другому.