100 великих достопримечательностей Санкт-Петербурга

Смотрите, – какое единство! как все части отвечают целому, какая красота зданий, какой вкус и в целом, какое разнообразие, происходящее от смешения воды со зданиями!»

Два века спустя город остаётся уникальным творением человеческого гения.

При всей своей открытости город всё-таки по-северному сдержан. Но эта сдержанность особая. Скорее, эта сдержанность сродни легкой пелене белых ночей, той удивительной поры, когда город прямо-таки преображается.

Конечно, в разное время года город воспринимается по-разному, но прекрасен он всегда.

И когда звучит тихая мелодия осени и по каналам плывут разноцветные листья, а глыбы домов освещают мягкие лучи словно застывшего на горизонте солнца, в многочисленных реках и протоках, как в зеркале, отражаются набережные, фасады зданий, арки мостов, узоры чугунных решёток, деревья. Можно решить, что именно там, в чёрном зеркале вод, и находится сказочный мир зазеркалья.

Зимой Петербург строг, величественен, элегантен. И по-настоящему графичен.

А вымытый весенними дождями город кажется наполненым звенящей прозрачностью акварели и призрачностью полутонов.

Но особенно неповторим Санкт-Петербург летом, в белые ночи, когда в городе не включают фонари и непривычно просторны коридоры проспектов и ладони площадей.

В облике Петербурга и днём присутствует некая изысканная декоративность, а в белую ночь она доходит до уровня театральности.

Белые ночи Петербурга – это реальность и мираж. В своей туманной и сверкающей красоте город никогда не идентичен самому себе.

Тени и свет сливаются и путаются, оставляя нетронутой душу Петербурга. Зыбкий сумрак белой ночи ненавязчиво уводит от сырого черновика жизни в мир желанных реальностей. В это время можно почувствовать, как из мозаики коротких зарисовок-впечатлений, штрихов-заметок складывается фантасмагорическая картина жизни, особой петербургской жизни, когда исчезает грань между реальным и чудесным.

В белую ночь хорошо побродить по многочисленным городским набережным, благо, рек и каналов хватает: Нева, Мойка, Фонтанка, Крюков канал, Екатерининский, Зимняя канавка, Лебяжья… Не повторяются решетки набережных, на каждом мосту – свои фонари: чудные фонари, свет которых в июне не нужен.

Названия мостов – Итальянский, Певческий, Синий, Поцелуев, Львиный, – как будто вызывают к жизни призраков города, воспетого Пушкиным и Гоголем, Достоевским и Блоком, города, который порой представляет собой фантастическое видение.

И на всём в Петербурге лежат отблески истории.