Ритмы Евразии: Эпохи и цивилизации

С.Б. Лавров, профессор,

президент Русского Географического общества,

вице-президент Фонда Л.Н. Гумилева

Часть первая

Евразийская теория: новое утверждение

Чем глубже разум проникал

В обетованные пределы,

Тем вдохновенней постигал

Священный дух числа и меры.

Число и мера! Тайный смысл

В них бездны звездной мирозданья,

И устремляющая мысль,

И волевое указанье.

Ведь в ритмах стройных и простых

Живет и движется природа.

Растут, мужают, крепнут в них

И государства, и народы.

Периодический закон.

Животворящая идея.

Следим за бегом мерных волн,

Пред тайною благоговея.

    П.Н. Савицкий. Число и мера

«Меня называют евразийцем…»

(Отрывок из интервью Андрея Писарева с Л.Н. Гумилевым)[8 - «Наш современник», 1991, № 1, с.62.]

А.П.: Лев Николаевич, давайте начнем с «истоков». Сегодня Вы представляете единственную серьезную историческую школу в России. Последней такой школой было евразийство – мощное направление исторической мысли первой половины нашего века, представленное такими именами, как Н.

С. Трубецкой, П.Н. Савицкий, Г.В. Вернадский, отчасти Л.П. Карсавин и Г.П. Федотов. Насколько евразийцев можно считать предшественниками теории этногенеза Л.Н. Гумилева?

Л.Г.: Вообще меня называют евразийцем – и я не отказываюсь. Вы правы: это была мощная историческая школа. Я внимательно изучал труды этих людей. И не только изучал. Скажем, когда я был в Праге, я встречался и беседовал с Савицким, переписывался с Г.

Вернадским. С основными историко-методологическими выводами евразийцев я согласен. Но главного в теории этногенеза – понятия пассионарности – они не знали. Понимаете, им очень не хватало естествознания. Георгию Владимировичу Вернадскому как историку очень не хватало усвоения идей своего отца, Владимира Ивановича.

Когда мы говорим «история» – мы просто обязаны отметить или упомянуть, какая это история, история чего? Существует простое перечисление событий – это хроника; есть история экономическая, описывающая производство материальных благ; есть история юридическая, достаточно развитая России в XIX веке, изучающая эволюцию общественно-политических институтов; есть история культуры, военного дела и так далее.

Я занимаюсь этнической историей, которая является функцией природного процесса – этногенеза – и изучает естественно сложившиеся несоциальные коллективы людей – различные народы, этносы.