Сибирская кровь

По росписи, вся семья Василия жила в доме во главе с Николаем Черепановым, пятидесяти четырех лет (около 1789 года рождения). Здесь же перечислены вторая жена главы дома Анастасия и четыре ребенка Николая от первого брака – Николай, Анна, Марфа и Елена[48 - На самом деле, Елена – дочь не Николая, а его сына Николая Николаевича.]. Из позднее же изученных метрических записей о рождении детей от кутурхайского крестьянина Василия Черепанова видно, что его отчество – Николаев.

Да и, как я уже отмечал, мое пришедшее с наработанным опытом понимание порядка составления исповедных книг позволило увериться, что проживание в одном доме двух и более семей без уточнения, кем являлись главе этого дома младшие по возрасту члены другой или других семей, предполагало их родство как отцов и сыновей. Неопределенности не осталось: Николай был моим четырежды прадедом.

Такой путь к познанию имен моих предков по мужской линии вплоть до четырежды прадеда, или по шестое поколение передо мной, при счастливом наличии исповедных росписей, занял у меня от силы пару часов.

Но вот исследование на большую глубину оказалось принципиально более затрудненным сразу по нескольким объективным причинам.

Во-первых, в Государственном архиве Иркутской области не удалось найти исповедные росписи Верхоленской Воскресенской церкви ранее 1843 года. Не обнаружено ни одной ее метрической книги до 1773 года, а также ряда книг за период с 1773 по 1843 год: их нет за 1779, 1782, 1796, 1799, 1802 и 1808 годы.

В Государственном архиве Иркутской области. Май 2016 г.

Во-вторых, чем древнее метрические записи, тем обычно сложнее их «расшифровка», особенно тем, кто не имеет солидного навыка работы с архивными первоисточниками. Старый текст отличается крайне непривычной для сегодняшнего дня манерой написания. Это и витиеватость, и сокращение слогов, и своеобразное изображение множества букв и буквосочетаний («в», «д», «и», «к», «н», «т», «ю», «кс», «ов»), похожесть ряда из них друг с другом (особенно «е» с «ю» или «и» с «к» и «н») либо, наоборот, непохожесть написания одних и тех же букв даже у одного и того же переписчика в одном и том же слове, и периодический вынос некоторых из них (чаще всего – «з», «л», «н» и «т») над основным текстом.