На Афон

[…] „Православный“ спешит „одернуть“ замечтавшегося художника. […] Афон не должен претендовать убить мир, убить в мире любовь и жизнь (он и не претендует, а лишь сам уходит от мира), но в мире должен быть Афон, „стоящий перед Богом“, не современный ни одной эпохе, всегда „пережиток“.

Здесь, как мне чувствуется, и лежит основное идеологическое достоинство книги Бориса Зайцева, так воспринявшего „Святую гору“, – книга милостивая и примиряющая. Афон не противоречит миру, мир не противоречит Афону; они друг друга дополняют.

В этом – я убежден – правда и залог успеха „Афона“ Бориса Зайцева»[67 - И. Д. «Афон» Бориса Зайцева // Последние новости, № 2668, 12 июля 1928, с. 3.].

«Спроси маму, читала ли она в „П.[оследних] Н.[овостях]“ большую статью Демидова об „Афоне“? (Оч.[ень] сочувственно, но робко, и как бы извиняясь перед „нашими“)»[68 - Письмо Б. К. Зайцева Н. Б. Зайцевой из Грасса в Порнишэ 21 июля 1928 г. (Архив Б. К. Зайцева. Частное собрание. Париж).], – пишет Борис Константинович дочери 21 июля из Грасса в Порнишэ.

Еще один отзыв выходит на страницах «Возрождения», к пишущим в котором Зайцев присоединился лишь недавно. С. К. Маковский[69 - Сергей Константинович Маковский (1877–1962) – историк искусства, поэт и ре дактор. В 1926–1932 гг. был одним из редакторов газеты «Возрождение».] точно подметит удивительную притягательность новой книги, привлекающей внимание читателя не сразу, пленящей «незаметно, внушением долгим, заставляя послушно возвращаться еще и еще на пройденный путь»[70 - Маковский С.

Афонское уединение // Возрождение, № 1131, 7 июля 1928, суббота.]…

Книга Зайцева – это прежде всего дневник его странствия, и историческая ценность его писания о Святой Горе несомненна, ибо оно стало наиболее значительным опубликованным литературным свидетельством о русском присутствии на Афоне в период между двумя мировыми войнами.

Возможно поэтому самое важное и ценное в книге Зайцева было точно подмечено именно в рецензии профессионального историка – петроградского медиевиста Г.

 П. Федотова, ученика И. М. Гревса, уже в эмиграции обратившегося к истории Русской церкви и русской святости[71 - «Книга Б. Зайцева – не гид паломника, не описание святынь и древностей афонских. Научный, исторический, художественный груз сведен здесь к minimum’y. Это лишь искусно обработанные страницы из дневника „право славного человека и русского художника“, проведшего на Афоне „семнадцать незабываемых дней“.