100 величайших соборов Европы

Соборы вступили в период высокой (или зрелой) готики с уходящими ввысь сводами, броскими западными фасадами и потрясающими окнами-розетками.

В этот период появился новый неф в Шартре в 1194 году, а затем были начаты работы в Бурже (1195), Труа (1200) и Реймсе (1211). Стремление создать все более высокие своды стало маниакальным. В Шартре их высота составила 37 метров, в Амьене (1220) – 42 метра, а в Бове (1225) – рекордные 48 метров. Аркбутаны забирались все выше. Щипцы над западными фасадами покрывались резными листьями и башенками.

Вместимость этих храмов намного превышала численность местного населения. Так проявлялось гражданское и церковное тщеславие.

К XIV веку французская готика стала еще изощреннее – и, по мнению критиков следующих эпох, чрезмерно богатой. Лучистая готика перешла в пламенеющую готику, получившую свое название за сходство архитектурных элементов с языками пламени. Трансепты соревновались друг с другом диаметром окон-розеток. Роковая черта была перейдена в 1284 году, когда свод хора в Бове рухнул под собственным весом.

Это не помешало его капитулу спустя два века воздвигнуть башню, которая на короткое время стала самой высокой в мире – и тоже обрушилась.

Уже следующее поколение застало конец этой великой эпохи. Ресурсы Франции были перенаправлены на Столетнюю войну с Англией, а затем ослаблены черной смертью и войной за бургундское наследство. Французская соборная архитектура пережила небольшой подъем в XVI веке во время блистательного правления Франциска I (1515–1547).

Некоторое время готика сосуществовала с ранним ренессансом, который нашел выражение в экзотической резьбе на сиденьях хора, и алтарных преградах, и пламенеющих фасадах Мартина Шамбижа в Бове и Труа.

В религиозных войнах XVII века Франция была на стороне Рима. Там прошли восстания гугенотов. Многие соборы были разграблены, а монастыри пришли в упадок. В XVIII веке их состояние усугубилось из-за секуляризации эпохи Просвещения. К началу Французской революции у церкви почти не осталось возможности защититься от воинствующего атеизма.

Соборы стали «храмами разума», хотя их – в отличие от монастырей – не сносили. Даже когда буря улеглась, настаивали на сносе якобы заброшенных строений, включая сам Нотр-Дам. У готической архитектуры – славы Франции – было мало приверженцев.

Только во время долгого правления Наполеона III (1848–1870) к французскому собору вернулось былое щегольство.