Шерше ля нефть. Почему мы платим дань Америке?

В условиях независимости арабских монархий ситуация поменялась. Но и сегодня достаточно часто государственная нефтяная компания какой-либо нефтеносной страны привлекает иностранцев для разработки месторождений. Но только на своих условиях, когда львиная доля прибыли остается в стране, обладающей запасами черного золота. Принцип тут простой: добыча нефти настолько прибыльный бизнес, что лучше делать это самому. Сторонних «добытчиков» привлекают, когда не хватает своих собственных сил, инвестиций или технологий.

Но саму скважину им в собственность никогда не отдают.

Никто и никогда добровольно и в здравом уме не отдает свой кошелек в чужие руки. Точно так же поступает и государство, оно всегда старается держать свой источник дохода под контролем. Этот стиль поведения не зависит ни от государственного строя, ни от цвета кожи населяющего страну народа, ни от фамилии руководителя страны, ни от степени развития прав человека и демократии, ни от членства в ОПЕК или даже в НАТО.

Членами ОПЕК стали демократическая республика Индонезия и Ливия. В 1945 году Индонезия провозгласила себя независимым государством, и все природные ресурсы, включая нефть, были объявлены государственной собственностью. Для эксплуатации минеральных ресурсов было организовано предприятие, разумеется, государственное. Компания Пертамина (Pertamina), согласно законодательству страны, имеет исключительное право на разведку и добычу нефти. При этом Индонезия вовсе не является тоталитарным государством, а в настоящее время бурно развивается, используя свои доходы от продажи нефти.

А Ливии такой самостоятельности не простили. Напомню, что в 1973 году в собственность ливийского государства перешел 51 % акций всех нефтяных компаний, качающих черное золото из ливийских недр. Затем последовало и введение государственной монополии на экспорт нефтепродуктов. Единоличным распорядителем минеральных богатств страны стала государственная Национальная нефтяная корпорация Ливии (National Oil Corporation).

Именно она получала и доходы от продажи углеводородов. Именно эти средства потом назвали «деньгами Каддафи», именно они «загадочно исчезли» со счетов западных банков после убийства главы Ливии. Привлекая к добыче иностранцев, она обязательно имела не менее чем 50-процентную долю участия в каждом из соглашений по разработке и эксплуатации нефтяных месторождений.