Творцы террора

Знало ли об этом руководство наркомата, т. е. я и Ежов? – Знали.

Как реагировали? Честно – никак, а Ежов даже это поощрял…»

Само собой, Фриновский старается спихнуть с себя как можно больше на Ежова – система, мол, зародилась сама собой, нарком ее «даже» поощрял, а остальные не запрещали. Человек со стороны, может, и поверит, что санкция ЦК на применение пыток была, а вот систему никто не организовывал, сама появилась, как мыши в доме, да… Поверил ли ему старый чекист Берия – вопрос риторический.

Но систему Фриновский в целом обрисовывает четко.

И тут сразу возникают два интересных вопроса. Первый – откуда следователи берут фамилии, которые подсказывают на допросах, и что это за люди?

Тут есть два ответа – и думаю, что оба верные. Во-первых, в любых «органах» всегда существуют агентурные разработки. Вот только беда – на суд их не вынесешь, поскольку привести в суд агента или даже назвать его имя – значит его раскрыть. А эти дела проходили не через «тройки», а через суды. И тогда органы шли на то, чтобы легендировать показания.

То есть, зная от агентов, что некий гражданин Иванов является членом организации, нескольких других членов той же организации заставляли его назвать.

Ну, и во-вторых, так подставляли людей, которых надо было почему-то убрать. Причины тут могли быть самые разные: личные счеты, служебное рвение, или та истина, что имеет фантастический характер. Вот эти, уж точно, были не виноваты – по крайней мере, в том, в чем их обвиняли…

Второй вопрос – на что доблестные чекисты вообще рассчитывали? Ведь долго так развлекаться нельзя, подобные вещи быстро выйдут наружу, и тогда никому мало не покажется… А советское правительство никогда не страдало излишней сентиментальностью.

В 1930 году за «перегибы» сажали, не церемонясь, и ясно было, что теперь, соответственно с посуровевшим временем, будут уже не сажать, а стрелять, это и к бабке не ходи…

Команда, может статься, просто резвилась, благо позволено, – а на что рассчитывали вожаки?

Ну и, само собой, «внизу» было то же самое, с поправкой на нравы – хотя куда уж тут поправлять…

В одном лишь все том же Западно-Сибирском крае, выполняя указания товарища Миронова, «раскрыли» 11 «контрреволюционных организаций».

Самая могучая из них была «Белогвардейско-монархистская организация РОВС», насчитывавшая более 20 тысяч (!) членов. Остальные уже мельче, в пределах нескольких тысяч или нескольких сотен. В целом в Западной Сибири оказалось около 35 тысяч «подпольщиков».