Скорее счастлив, чем нет

Нам обещали, что будет смешно. Единственное, что реально забавно, – студия как-то умудрилась продать под видом летней комедии лютый мрачный нуар.

Парень по имени Чейз (ну конечно, «погоня»!) заговаривает в поезде с симпатичной девушкой: спрашивает, куда она едет. «Туда, где хорошо», – отвечает она и больше на его расспросы не реагирует. Потом она забывает в поезде телефон, и Чейз бросается в погоню – ну блин! – в надежде его вернуть, но не успевает. Тогда он залезает в телефон, а там список, что она хочет сделать, прежде чем покончить с собой.

На этом месте Томас уснул. Мне бы тоже уснуть, но я до последнего надеюсь, что дальше будет лучше. Ни фига. К концу Чейз понимает, что девушка собирается броситься с причала. Когда он наконец туда прибегает, там его ждут только красно-синие мигалки полиции. Телефон летит на асфальт.

Мне тоже хочется что-нибудь расколотить.

Томас просыпается, и я кратко пересказываю сюжет: «Бред, отстой и лажа».

Он зевает и потягивается:

– Ну, хоть твое горло цело.

Мне типа как бы очень нравится лето в моем районе: девчонки чертят на асфальте классики, парни ищут хоть какой-нибудь тенек и играют в карты, друзья врубают на полную музыку или сидят на крыльце и трындят. Да, я живу в тесной квартирке, но в такие моменты стены моего дома кажутся просторнее.

Я тыкаю пальцем в красное здание больницы через дорогу:

– Вон там моя мама работает. И все равно каждый день опаздывает минут на двадцать. – Дальше по улице – отделение почты. – А вон там мой отец работал охранником.

Кто-то пустил воду из пожарного гидранта на углу. Вокруг с визгом носятся дети. Мы в их возрасте, помнится, разливали по площадке ведра воды и прыгали в лужи, потому что нормальный аквапарк нам был не по карману.

– А я не знаю, где работает мой папа, – признается Томас. – Я его последний раз видел на мое девятилетие. Он пошел к машине принести мне фигурку Базза Лайтера, а я смотрел за ним из окна.

Я не заметил, как мы остановились и кто из нас застыл первым.

– Вот мудак!

– Не будем о мрачном, ладно? – Томас задумчиво разглядывает ближайшую поливалку, озорно приподнимает кустистые брови, стягивает футболку и напрягает бицепсы. У него, оказывается, пресс, как у какого-нибудь греческого бога. А у меня рельефные только ребра. – Снимай футболку!

– Не хочу замочить телефон.