Лучше зажечь свечу, чем ругать темноту, или Как хорошему человеку не дать себя в обиду

Вроде как и своя она, да только никто против нее не интригует, никто не говорит царю, что она весь дворец почти всех припасов – еды лишила.

А уж из царского терема мода на интриганство в народ пошла, на купечество, работный люд перекинулась, до ученых мужей дошла, в семьях поселилась. Стали люди недоверчивыми, смотрят друг на друга косо, все подвоха бояться. Добрым речам не верят, лестью называют. А ведь нередко и правыми оказываются!

Здравый Смысл первым беду почуял – на ярмарке его пару раз обманули.

Раз сладкими речами охмурили, другой – в злобу ввели. Потерял он бдительность свою природную – и в серьезном накладе остался.

Домой пришел, семейный совет созвал. «Давайте, – говорит, – братец и сестрица что-то придумывать, беда с людьми твориться. Жить они перестали, доверять друг другу не могут». «Главное, – сказал старший брат Знание, – причину этой беды найти, тогда и средство для помощи ясно будет». «А нам меж собой по правде жить», – заявила сестрица Правда. На том и порешили, братья отправились причину беды искать, а сестра дома правду хранить осталась.

Ходили братья, спрашивали народ осторожно, что и как, в терем царский с тыльного входа проникли. Как на кухню через потайную дверь вышли, как хвост змеюкин увидели, так и обмерли. Пришлось им по царским покоям скрытно путешествовать, чтобы всю ее осмотреть. И вот чудо – чем ближе они к змеюке прижимаются, тем лучше к ним в тереме относятся! Улыбаются, поклоны бьют. А уж когда они совсем с нею рядом, почти касаются, – так их вообще никто не замечает.

Будто и нет их вовсе. «Что ж, – Здравый Смысл говорит, – только мы с тобой эту змеюку видим?». «Верно, что так, – соглашается старший брат, – пойдем отсюда, надо имя змеюкино через книги мудрые узнать».

Вернулись братья домой, на сестрицу глянули и порадовались. Такая она у них ладная, такая спокойная, зря лишнего слова не обронит, напрасно уголки рта в улыбку не согнет! Все по правде у нее, все искренно! А там, в тереме царском, на улицах городских – все не так.

«Слушай, – Здравый Смысл воскликнул, – может змеюку-то Ложью кличут?». «Может и так, – согласился старший брат, – пойду в книги мудрые взгляну».

Вот уж и солнце за речкой спать отправилось, и сестрица Правда новый рушник вышила, и среднего братца сон сморил, а старший все с книгами сидит, не есть, не пьет – все страницы листает, выписки делает, под нос себе что-то бормочет. Уж не стали его дожидаться, спать пошли.