Где зимует кузькина мать, или Как достать халявный миллион решений

А когда прочтете, знайте, что мы их уже перепрятали в другое, еще более надежное место!

Прочитав ниже описанный случай, Мирзакарим Санакулович не на шутку рассердился и с возмущением высказал нам все, что думает по этому поводу (передаем дословно):

– Что вы сюда понатыкали?! Откуда вы все это достали?! Вы разве не поняли, что все это вранье и чушь! Какой хрен это сочинил?! В тот момент там никого из знакомых рядом не было! Это не для книги!

Мы стали его уговаривать не удалять этот материал из книги, потому что эта информация может быть не только интересной, но и полезной читателям.

После долгого сопротивления он все-таки уступил нашим уговорам и с беззащитной улыбкой выдохнул: «Ладно! Ваша взяла! А теперь исчезните, ябеды!».

Мирзакарим Санакулович пожалел о том, что его спутники тогда оказались невольными свидетелями того случая.

– Это моя ошибка, – сказал он. – Во-первых, нельзя идти на поводу у эмоций, а во-вторых, нам запрещается в кругу обычных людей демонстрировать те способности, которые у них еще не пробудились.

Зато благодаря именно одному из этих людей история о первом посещении метро нашим автором стала известна нам.

…Однажды мы c Мирзакаримом и одной моей знакомой шли к метро, и по пути он сказал, что никогда в метро не был, и просил рассказать ему, что там и как.

В каждом из нас сидит и взрослый человек, и юноша, и мальчик. Мужчины нас поймут. Так вот, хорохорясь перед нашей спутницей, как павлины, мы шли вниз, в подземный переход, чтобы оттуда попасть в метро.

Зима, февраль, а у него на ногах летние туфли – как-никак он человек с юга. Когда мы стали по лестнице спускаться, он поскользнулся и упал. Головой стукнулся о ступеньки, покрытые льдом.

Так это было смешно, когда после разглагольствования о высоких материях он вдруг оказался на земле с высоко поднятыми ногами. Да еще мимо проходящий парень бросил реплику:

– Чурка! Чем приставать к нашим девушкам, научись вначале ходить по городу!

А люди идут сплошным потоком, и ему показалось, что все оживленно загалдели.

– А почему они смеются? Боже мой, что за нравы здесь?! Почему, когда кому-то плохо, другим хорошо?! Кем он меня обозвал?! Я чурка, а он, значит, человек?! Он стал человеком только потому, что научился ходить по городу?!

– Стой, уважаемый!

Он даже не обернулся. Процедил сквозь зубы:

– Да пошел ты….