Психохирургия – 3 и лечение с ее помощью самых тяжелых и опасных болезней души и тела

Но реализация этой потребности зависит от своеобразного конвейера согласования. Если бы его не было, то я, почувствовав голод, взял бы и съел все, что в данный момент попало в мои руки. Но осторожность, являющаяся прямым проявлением инстинкта самосохранения, заставит меня задуматься: «А безопасно ли это? Не ядовита ли пища?»

И если мои подозрения будут хотя бы в какой-то степени обоснованы, то аппетит у меня резко снизится. Но в этот процесс выбора могут включиться и другие мотивы и начать борьбу за бразды правления организмом в данный момент.

Половой инстинкт в виде потребности второго или третьего уровня может встрять в этот процесс и сказать: «А может лучше сейчас заняться любовью?» И если он серьезно «голоден», если у него есть возможность в данный момент успешно реализоваться, то организм начнет действовать по новой программе, совершенно забыв про голод. Если же нет, то его поползновения будут отвергнуты и другие потребности дадут ему по «лапам».

Родительский инстинкт может вмешаться и спросить: «А что останется детям?» Если я когда-либо имел неприятности с приемом пищи (к примеру, подавился или у меня была аллергия на какой-нибудь продукт), то это тоже будет влиять на мой выбор – поесть или же воздержаться?

Далее в этой иерархии воздействий на реальное поведение идут более слабые мотивы.

На мой аппетит может повлиять даже плохое настроение жены (а вдруг это усилит у нее раздражение). И мое желание остаться стройным и красивым, и завтрашняя благополучная дефекация и так далее и тому подобное. И та потребность, которая в данный момент наиболее сильна, одерживает победу.

Через аналогию с прокатным станом можно легко понять то, почему человек совершает попытку к самоубийству. Куда бы ни ткнулась «заготовка» – везде запреты, которые обложили ее, как волка красные флажки.

Из-за массы запретов и неудач в реализации своих потребностей, человек может потерять желание даже пытаться их реализовывать. Это может происходить из-за развившегося у него убеждения, что сделать все равно ничего нельзя, что жизнь безнадежна и безысходна.

И самое легкое – покончить с нею разом – зачем зря мучиться!

И взрослый человек может радикально измениться только под влиянием трех сверхмощных факторов: войны, внезапного и очень сильного потрясения, горя. И психотерапии – проведенной им самим в виде саморегуляции (в глобальном смысле этого слова). Или же с помощью другого человека (психотерапевта в общем смысле этого слова).

Глава 8.