С друзьями – по Санкт-Петербургу. Невский проспект

Представительное и элегантное здание в стиле поздней эклектики возводит в 1900 году архитектор Леонтий Николаевич Бенуа. Обращают на себя внимание каннелированные пилястры, облицованные мрамором простенки, высокие витрины.

В 1948 году на втором этаже открылся магазин обуви (одно из первых специализированных торговых предприятий) с ортопедическим отделом, где врач-ортопед с помощью рентгеновского аппарата обеспечивал более правильный подбор обуви по ноге. Очередь собиралась с вечера, со стороны Кирпичного переулка, а что творилось в конце месяца – осталось в памяти только у уходящего поколения ленинградцев.

На первом этаже (вход с Малой Морской) в советское время находился гастроном, который в народе называли «Генеральский магазин» – в годы блокады в нем отоваривали карточки офицерскому составу.

Мемориальная доска напоминает об академике, биологе и генетике Николае Ивановиче Вавилове, арестованном в 1940 году и скончавшимся в тюрьме.

В опустевшую квартиру в 1944 году въехала балерина Наталья Михайловна Дудинская – ей посвящена ещё одна памятная доска.

Дома 13 и 11

Следующий дом, стоящий на углу с Большой Морской, хранит память о некогда существовавшей в начале XIX века ансамблевой застройке квартала в стиле строгого классицизма. Дом принадлежал купцам Чаплиным, торговавшим чаем и мехами.

На протяжении XIX века в доме проживало много знаменитых людей.

Так в 1817 году у своего друга и сослуживца по Коллегии иностранных дел, графа Завадовского, квартировал Александр Грибоедов. Из-за участия в «дуэли четырех они были высланы из столицы.

«Обстоятельства этого поединка будоражили умы современников потому, что несколько блестящих мужчин России дрались из-за не менее блестящей женщины – танцовщицы Авдотьи Истоминой, воспетой самим Пушкиным:

«Блистательна, полувоздушна,

Смычку волшебному послушна,

Толпою нимф окружена,

Стоит Истомина; она,

Одной ногой касаясь пола,

Другою медленно кружит,

И вдруг прыжок, и вдруг летит,

Летит, как пух от уст Эола;

То стан совьет, то разовьет,

И быстрой ножкой ножку бьет»…

Все мужчины – участники трагических событий – были не старше 25 лет, а Истоминой, которая уже два года была возлюбленной кавалергардского штабс-ротмистра Василия Шереметева, едва исполнилось 18.