Везёт тому, кто везёт

* * *

После того как мы раздали долги за общагу и питание, у каждого из нас на руках оставалось меньше пятидесяти рублей. Вот так за три недели мы почти ничего не заработали. А я извлек из этого полезный урок: если ты ничего не понимаешь в каком-то деле, то нечего туда соваться. Нет цели или гарантий – нет и заработка.

Беседа с Сандугаш

Моя жена смотрела на двор, в котором орудовала бригада студентов. Они усердно махали лопатами и сажали деревья в свежий чернозем. Как раз недалеко от нашего подъезда.

Я сидел за столом и запивал чаем плотный обед.

Казалось, что я целую вечность не ел такую вкусную еду.

Борщ с говядиной был изумительным, домашние котлеты и пирожки с капустой буквально таяли во рту. Витавшие по кухне ароматы домашних блюд сплетались в нечто большее, чем просто сочетание запахов. Я как будто открывал дверь в прошлое и переносился в свое детство.

Вот сидит за кухонным столом отец, уставший после тяжелой смены в шахте. Он уже пообедал и разговаривает с мамой, которая сидит напротив и вытирает мокрые руки о фартук.

На кухне ощущается это уникальное сочетание ароматов, которое так и манит съесть еще добавку. Я прервал разговор родителей и развернул на столе альбом для рисования. На последнем листе красовался свежий рисунок – дом с высокой трубой, из которой идет дым, улыбающееся солнце и пара довольных человечков возле жилища.

– Ух ты, сынок, да ты у нас настоящий художник, – улыбнулась мама, восхищенно посмотрев на меня, а затем перевела взгляд на папу. – Сагидолла, посмотри, какой молодец.

– А ну-ка, дай гляну, – отец взял из маминых рук альбом, всмотрелся в рисунок. – А кто это возле дома?

– Папа, это же вы, – я как будто объясняю очевидные вещи. Папа обнимает меня мозолистыми руками. Его одежда пахнет сыростью и потом. Он только приехал со смены. – Вот дым из трубы, вот солнышко.

– А где вы с братом? – с наигранным удивлением смотрит на меня отец.

– Мы дома вас ждем, – отвечаю я, и родители смеются. – Мы с Садыком вырастем и купим вам дом, – добавляю я и вполне серьезно смотрю на отца.

– Так и будет, сынок, – потрепал меня по голове папа. – Иди посмотри, там вроде братик проснулся.

Мне тогда только исполнилось четыре года, а я это помню так отчетливо, как будто это было вчера.

Сандугаш сидит напротив и смотрит, как я ем:

– Вкусно?

– Еще бы. Пальчики оближешь, – я уже доел аппетитный пирожок и делаю глоток крепко заваренного зеленого чая. – Слушай, я найду другой вариант заработка.