Белое дело в России. 1920–1922 гг.

Во-вторых, отдельным пунктом в приказе говорилось о «преобразовании местной власти Крыма» с «привлечением к участию в ней избранных представителей местной области». Показательно, что Симферопольская городская дума приняла участие в избрании делегатов в Законодательную Комиссию, выдвинув двух гласных и утвердив «наказ» Комиссии, основанный на принципе «единая, демократическая Россия»[168 - ГА РФ. Ф. 5881. Оп. 2. Д. 747. Л. 89 об.; Организация власти на Юге России. Указ. соч., с. 250–251; П. Б. Городское самоуправление в Крыму в 1919 и 1920 гг.

// Местное самоуправление. Вып. 1. Прага, 1925 г., с. 268–269.]. В этом видна готовность Деникина к созданию «представительного фундамента» белой власти, образуемой на основе выборных структур. Данная позиция не противоречила его более позднему утверждению, что «только военная диктатура (или, как было принято утверждать на белом Юге, «национальная диктатура». – В.Ц.) … могла с надеждой на успех бороться против диктатуры коммунистической партии…», а «рассредоточение и ослабление верховной власти внесет огромные трудности в дело борьбы и строительства в будущем»[169 - Мельгунов С. П. Н. В. Чайковский в годы гражданской войны. Указ. соч., с. 200–201.]. Эта, очевидно «левая», политика стала своеобразным «политическим завещанием» новому Главкому ВСЮР генералу Врангелю, осуществлявшему данный лозунг на практике по формуле «Левая политика – правыми руками» на основе земской реформы. По мнению самого Мельникова, решение о ликвидации правительства было принято Деникиным неожиданно, во многом под влиянием той обстановки, в которой и сам Главком, и его министры оказались в Крыму. Еще накануне эвакуации, в Новороссийске, Деникин «решительно заявлял», что правительство должно продолжать работу и после оставления Кубани, а министры, прибывшие в Крым, надеялись на поддержку со стороны местного земско-городского самоуправления. Позднее, в эмиграции, Мельников отмечал «трагическое одиночество» генерала Деникина. «Прогрессивно настроенный, бывший в интеллектуальном и моральном отношении неизмеримо выше своего окружения, всей создавшейся обстановкой А. И. Деникин вынужден был опираться на людей, проникнутых узкими интересами класса. Все его руководящие указания наталкивались на упорное сопротивление среды, не воспринявшей их духа и их вопиющей необходимости»[170 - Крымский вестник. Симферополь, № 58, 12 марта 1920 г.; Раковский Г. Н. Указ. соч., с. 268–269; Мельников Н. М. О генерале Деникине. Поправка к статье Е.