Детство Светломира

Конечно, отец рассказывал детям о дневниках членов их рода, но Светломир и Ида ещё не успели прочитать все из них. Папа и мама несколько раз говорили им о том, что, когда наступает нужное время, прадедушки и прабабушки, желающие воплотиться вновь, приходят к живым членам рода и спрашивают разрешения на новое воплощение, но одно дело было слышать и читать об этом, а совсем другое – увидеть собственными глазами и лично пообщаться со своим предком, к тому же вот так, внезапно – прямо посреди леса.

– Конечно, дедушка, – ответила на заданный вопрос Ида.

Прадедушка с благодарностью склонил голову.

– Благодарю вас, дети.

– Дедушка, ты приходи и просто так, пока ещё не родился, – попросил осмелевший Светломир. – Может быть, ты что-то расскажешь нам. То, о чем мы ещё не знаем.

Прадедушка рассмеялся, и его борода закачалась в такт смеху.

– Хорошо, дети, конечно, я буду приходить к вам. Вы всегда сможете найти меня здесь, у этого колодца. Я сам вырыл его, когда был очень молод, и поэтому мне легче всего приходить в ваш мир отсюда, из этого места.

– В этом колодце, получается, осталась твоя энергия, да? – спросил мальчик.

– Да, Светломир, – ответил дедушка. – Но я часто прихожу и в ваш сад, и в дом, в гости к вашему папе. Но становиться на время видимым мне проще всего здесь, у этого колодца.

– Папа тебя знает? Он с тобой общается? – воскликнул Светломир.

Прадедушка еще раз засмеялся, и его борода опять закачалась из стороны в сторону.

– Конечно, Светломир, – проговорил он. – И ваш папа, и ваша мама очень хорошо знают всех нас. Весь наш род.

Мальчик не знал, что ответить, потому просто смотрел на прадедушку – с удивлением, с восхищением и глубоким почтением к его возрасту и опыту.

– Дети, мне пора сейчас идти, – произнес прадедушка. – Пусть наша первая встреча будет недолгой. У меня еще остались незаконченные дела в другом мире, но я буду теперь приходить к вам всегда, когда вы меня попросите. До свидания, дети.

– Прощай, дедушка! – сказали дети хором.

– Мы будем тебя ждать, – добавила Ида. Прадедушка поклонился детям и сделал шаг назад.

Вначале растворились черты лица, потом стал гаснуть контур тела. Спустя ещё одно мгновение дедушка полностью исчез, оставив детей сидеть там же, где они и сидели, – на мягком пружинистом зеленом мхе, на полянке в окружении корней старых деревьев, с колодцем в противоположной части.