Детство Светломира

Они говорили и говорили, а дождь тем временем за окном потихоньку стихал, капли стучали в стекло уже не так быстро и не с такой силой, как утром, небо тоже светлело, становилось из темного и хмурого светло-серым дымчатым с оттенками белого. Гроза уходила, оставляя дом стоять среди луж воды, под затянутым облаками небом, среди чистоты и сырого воздуха. Сквозь неплотно закрытую форточку было слышно, как в лесу за окнами ухает сова. Деревья шумели и раскачивались из стороны в сторону под порывами ветра, прощаясь на время с непогодой и стряхивая с себя десятки и сотни капель застрявшего среди иголок и листьев дождя.

Ида, сидевшая всё это время за спиной Светломира, отложила наушники и ушла к маме на первый этаж, которая позвала помочь ей с чем-то на кухне. Кот Том спрыгнул на пол и тоже убежал вслед за девочкой, вильнув хвостом и протиснувшись в щель между дверью в библиотеку и косяком.

Светломир ещё долго мог бы говорить с папой, но экран у лежащего на столе сотового телефона внезапно загорелся, и он издал звук «дзинь-дзинь», «дзинь-дзинь».

– Кто-то мне звонит, – сказал папа и взял телефон. – Алло, я слушаю.

Несколько секунд он слушал речь того, кто звонил, после чего кивнул невидимому собеседнику на другом конце.

– Да, конечно, мы вас ждем, – и потом продиктовал их адрес.

Сбросив вызов, папа встал с кресла, положил телефон обратно на стол и повернулся к Светломиру.

– Свет, нам привезли крыло. Хочешь вместе со мной сходить посмотреть?

– Да, конечно, – с оживлением ответил Светломир.

 – Это то самое крыло для вертолета?

– Да, – сказал папа. – Вместо нашего старого, погнутого. Пойдем вниз, посмотрим.

Крылом они в семье называли лопасть для вертолета, крепящуюся к винту и позволяющую воздушной машине подниматься в воздух. Обычно замена лопастей для вертолета не требовалась, однако их последний полет прошел не совсем так гладко, как планировалось.

Пока они спускались вниз по лестнице, раздался звонок в дверь – приехал курьер.

Через несколько минут, попрощавшись с улыбчивым мужчиной, папа со Светломиром уже распечатывали в гостиной большую плоскую коробку с разноцветными символами и надписями на боку.

Папа снял последний слой полиэтилена, отложил его в сторону, затем осторожно вынул из коробки длинное блестящее серебристое крыло и положил его на пол рядом с собой. Изделие отливало сталью и выглядело очень прочным и достаточно увесистым.