История ислама. Т. 3, 4. С основания до новейших времен

Этого было достаточно, чтобы заставить ослепленного человека отправиться в одежде суфия, или под личиной купца, или под каким-либо другим видом, через горы и долы за сотни миль для того, чтобы нанести смертельный удар победоносному полководцу среди его войск, могущественному султану в его охраняемом стражами дворце, влиятельному сановнику среди толпы сидящих вокруг него писцов. Убийца почти всегда погибал под ударами солдат или телохранителей, окружавших его жертву, и заранее готовился к этому; но тем более неудержимо рвались федавии[78 - Фида означает собственно по-арабски выкуп пленника, затем всякую крупную жертву, особенно же пожертвование собственною жизнью, отдаваемою для спасения другого или для достижения какой-нибудь благородной цели.

Отсюда фидавий – таково точное произношение, хотя обыкновенно говорят «федавий» – это человек, который в данный момент готов пожертвовать жизнью для другого или для цели, указанной ему другим лицом.] – так назывались измаилитские убийцы – к выполнению самых безумных и опасных замыслов, не сомневаясь, что, жертвуя жизнью, они приобретут райские наслаждения, к которым они так страстно стремились.

При этом новом и страшном преобразовании измаилитизма на сцене мировых явлений возникла первостепенная политическая власть. Представителей этой секты называют обыкновенно ассасинами; и мы знаем, что имя это со времени Крестовых походов сделалось на Западе равнозначащим слову «убийца» (assassin). Первоначально под словом «хашаши» (во множественном числе хашашин) разумелся человек, который приготовляет упомянутое наркотическое средство, гашиш, или опьяняется им, или водится с людьми, которые употребляют гашиш; но Хасан и семеро его преемников из его же семьи, жившие в Аламуте, усердно позаботились о том, чтобы слово это получило свое мрачное значение, которое осталось за ним до сей поры, главным образом во французском языке.

В течение двухсот лет вся Передняя Азия дрожала перед этой ужасной силой, рассыпавшей из неприступных и сокровенных мест смертельные удары, от которых нигде не было спасения и которые поражали лиц высокостоящих чаще, чем всех прочих.

В царствование султана Мухаммеда (498–511 = 1105–1118 г.) в Исфахане каждый вечер можно было видеть одного измаилита, который на углу какой-нибудь улицы искусно прикидывался слепым нищим и при наступлении сумерек жалобным голосом просил прохожих, чтобы какой-нибудь мусульманин проводил несчастного слепого старика домой, в то или другое предместье.