17 практик стоицизма. Как укротить жизненный хаос по-философски

Нужно иметь желание и знать, как его осуществить, только и всего.

До правильной жизни осталось семнадцать шагов… Пора сделать первый!

Практика первая

Отделяем зерна от плевел

Совет от Эпиктета, раба, ставшего основателем философской школы:

Следует «получше устраивать то, что зависит от нас, а все прочее принимать таким, каким оно есть…»

    Беседы. Книга I. Глава 1. О том, что зависит от нас и что не зависит от нас

Эпиктет, советы которого мы не раз станем принимать к сведению, был неординарным человеком с интересной судьбой.

Настоящее имя Эпиктета нам неизвестно. «Эпиктет» – это прозвище, которое переводится с греческого как «приобретенный». Рожденный рабыней, он был рабом некоего Эпафродита, секретаря императора Нерона. Однажды хозяин избил Эпиктета так сильно, что сломал ему ногу, отчего Эпиктет стал хромым. Свободу Эпиктет получил уже в зрелом возрасте. Обстоятельства ее обретения и точная дата также неизвестны, но первое упоминание о нем как о вольноотпущеннике относится к 94 году, когда Эпиктету было 44 года. Покинув Рим по приказу императора Домициана, ненавидевшего всех философов, а стоиков – в особенности, Эпиктет основал в Никополе[2 - Никополь – древнегреческий город на побережье Ионического моря.] философскую школу, пользовавшуюся большой популярностью. Впоследствии он вернулся в Рим, где слава его достигла своего апогея. Эпиктет пользовался покровительством императора Траяна, а среди его учеников было много знатных римлян, но при этом жил он очень скромно – по свидетельству современников, имущество Эпиктета состояло из соломенной подстилки, деревянной скамьи и глиняного светильника. Когда Эпиктет умер, на надгробии его написали: «Раб Эпиктет, хромой и бедный, как Ир[3 - Ир – персонаж «Одиссеи» Гомера и других произведений античной литературы, нищий, который «в целой Итаке славен был жадным желудком своим, и нахальством, и пьянством».], друг бессмертных». К слову будь сказано, что после смерти Эпиктета его светильник был продан за 3 000 драхм, то есть примерно за 13 килограммов серебра. Об этом рассказывает писатель Лукиан Самосатский, живший во II веке. Видимо, далеко не все из друзей или учеников Эпиктета усвоили его взгляды, истинный стоик не стал бы так бессовестно наживаться, поскольку для него цена вещи определяется ее качествами и полезностью, а не славой того, кому она принадлежала прежде.