Общее учение о государстве

1893–94, Syst?me de politique positive ou traitе de sociologie instituant la rеligion de l’humanitе, I–IV, 1851–54; H. Spencer, A. System of Synthetis Philosophie, VI–VIII, Principles of Sociology, в частности т. VII, изд. 2, 1885; далее F. Fouillе, La science sociale contemporaine, 2 изд., 1885; Ratzenhofer, Wesen und zweck der Politik als Teil der Sociologie und Grundlage der Staatswissenschaften, I–III, 1893; G. de Greef, Les lois sociologiques, 1893; Sch?ffle, Bau und Leben des socialen К?rpers, 2 изд.

, I–II, 1896; в частности II, стр. 427 слл.; F. U. Giddings, The principles of Sociology, an analysis of the phenomena of association and of social organisation, 1896. О всей очень обширной социологической литературе ср. вышеупомянутый труд Barth’a, далее для Франции, Италии, Англии Ueberweg, Grundriss der Geschichte der Philosophie, 8 изд. III, 1897, §§ 43, 52, 59. Новейшую литературу см. Durkheim, L’annеe sociologique с 1896 г. Из других относящихся сюда работ наиболее выдающиеся принадлежат Simmel’ю, ср., кроме указанных выше, Ueber sociale Differenzirung, 1890, Einleitung in die Moralwissenschaft, 2 т. 1892–93, Superiority and Suburdination as subject matter of Sociology, American Journal of Sociology II, Чикаго 1896, стр. 167 слл. Parerga zur Socialphilosophie, Das Problem der Sociologie, Schmollers Iahrb. 1894, стр. 257 слл., 1301 слл.]. Со времени О. Конта, который, развивая идеи Сен-Симона, стремился заменить спекулятивное изучение проблем социальной жизни человека социологией, выясняющей эмпирические законы взаимной связи явлений социальной жизни, место прежней философии истории заняли многочисленные попытки рассмотрения учения о государстве как части этой всеобъемлющей социальной науки. Вследствие незаконченности новой науки и отсутствия общепризнанного метода здесь открывается, однако, самый широкий простор субъективным построениям, и пока еще не достигнуто таких прочных результатов, которые можно было бы признать новыми, до тех пор неизвестными; как прежде в прямо признававшей себя метафизической философии истории, так теперь в окрашенной эмпиризмом спекуляции резко проявляется непримиримая противоположность принципиальных воззрений. Во всех трудах такого рода неизбежно выдвигается поэтому на первый план индивидуальность автора.