Взрослые сказки о Гун-Фу. Часть IV: Все настоящее одинаково

Услышав русскую речь, мне так захотелось проверить, насколько я ее помню, что я, несмотря на свою нелюдимость и нелюбовь к пустым разговорам, пошел к старухе знакомиться. Заодно и узнаю, кто такой Миша и кого он с раннего утра уже успел обидеть. Все, как всегда, оказалось очень просто. Коты, которых кормила старуха, были самые обычные. Кроме одного. Как такой «выставочный экземпляр» мог оказаться на улице я и представить себе не мог. Моего любимого дымчато-серого цвета с большущими, янтарного цвета глазищами.

Если бы я увидел глаза такого цвета у женщины, то подумал бы, что с контактными линзами она явно переборщила.

Разговор со старухой сразу пошел мне на пользу. Я начал вспоминать слова, которые, как мне казалось, уже забыл. А смешному слову «переборщить» меня научил Володя. Помню, тогда я еще вполне серьезно спросил его: «Если можно переборщить, то, наверное, можно и пересупить или перекомпотить?»

А кот Миша был хоть куда. Я не знаю насколько он был велик на самом деле, но из-за длиннющей шерсти он казался просто огромным.

Хвост был, я думаю, толщиной в мое предплечье. Сколько могла стоить такая зверюга я боялся себе даже представить. В общем, похожий на лорда кот с совершенно бандитским взглядом и такими же ухватками. Впрочем, подобными ухватками, по моему мнению, и должен был обладать настоящий лорд. Кто как не британские лорды создали «империю, над которой никогда не заходило солнце»?!

В общем, «его лордство» просто разогнал всех прочих котов, которые сбежались на старухино угощение, и именно к нему старуха обращалась со словами: «Миша, не бей его! Миша, не трогай его! Миша, дай ему тоже покушать!» Правда, Миша обращал на ее крики столько же внимания, сколько и на кошек, которым он не «давал кушать».

В общем, настоящий мастерский кот: совершенно независимый, абсолютно невозмутимый и явно с полным отсутствием страха. Я присел на корточки и погладил его по голове. Голова была лобастая, пушистая и очень приятная на ощупь.

А какие у него были усы и бакенбарды!

Кот перестал жрать и поднял на меня глаза. Судя по его взгляду, в прошлой жизни он вполне мог быть человеком, даже мастером, причем далеко не из последних. Такой взгляд мой дед и учитель Ван называли «взглядом тигра». А они понимали: дед был патриархом нашего семейного «стиля тигра», а Ван так тот просто зарабатывал на жизнь охотой на этих зверей. Причем охотился он на них с луком и с ножом.