К-9: Право на счастье

Хаук отчего-то был уверен, что по крайней мере в такой черной работе его учитель не ас. Гений, один из лучших центров, Командующий… ну какие грибы? А тут – пожалуйста. Уел даже в том, в чем ученик должен бы превзойти просто из-за свежей практики.

– Ладно, – вздохнул Хаук и пошел к «летучке», чтобы нормально оттереть очки. – Ты прав, как обычно.

Увы, гордости так запросто это не скажешь, и в сторону Джея Хаук старался больше не смотреть. Хотя теперь сам не мог внятно ответить, почему вообще решил, что может превзойти учителя в простейшем.

Во всем, что касалось Пустоши, Джей был и еще долго останется лучшим. Но смириться с этим так просто Хаук не мог. Не хотел. Учитель – человек, как и все. Потому должно быть хоть что-то, какая-то мелочь, в которой можно его обойти даже сейчас.

Еще в детстве, когда верхушка шпиля казалась фантастической целью, Хаук решил, что недостижимых высот для него не будет. Он превзошел городского высотника. Он искренне считал себя умнее и Бабая, и Хизара, пусть еще не был так опытен.

Он сам, собственными руками и ногами заработал уважение всего городка. Побывав на одной из вершин, Хаук теперь был уверен, что однажды возьмет и другие.

Несмотря на все, что им довелось пройти вместе, учитель – одна из таких высот. И Хаук надеялся, что однажды сможет шагать с ним в ногу, а не идти по следам. Нет, считал себя обязанным достигнуть этого, услышать искреннее и открытое признание. Знать, что в нем уверены и им гордятся.

Только сначала придется взять пару вершин попроще.

Обойти Каса, к примеру. Других высотников, работу которых Хаук мог сравнить со своей, он еще не встречал.

Нож тоже пришлось оттирать.

Успевший подсохнуть у рукояти сок не желал так просто сдаваться, так что война с ним потребовала пару лишних минут. Утро уже растеряло все нарядные краски, иней на траве подтаял, а морозный воздух давно перестал обжигать нос каждым вдохом. Пустошь стряхнула рассветную тишину, ожила насекомыми и запахами распустившихся цветов. Правда, вокруг их было как-то уж мало.

А трава под ногами выглядела пожухлой, хрупкой. Ломалась без всякого инея. Даже странно, что на этом непонятно-сухом клочке степи упрямо пробивалась свежая зелень. Странно и то, что «пальцы» чувствовали себя прекрасно. Гораздо лучше, чем на том холме.

– Джей… – Хаук обернулся назад к яме, и необходимость в ответах тут же отпала: учитель по колено стоял в едва заметном желтом тумане. В памяти послушно всплыли строки одной из книг. Мозаика сошлась.