О брачной и внебрачной жизни

Максимум, на что могла рассчитывать жена гулящего и скандального мужа, – это развод. Закон Хаммурапи гласит:

Если женщина возненавидела своего мужа и сказала: «Не бери меня», то дело ее должно быть рассмотрено в ее квартале, и, если она блюла себя и греха не совершила, а ее муж гулял и очень ее унижал, то эта женщина не имеет вины: она может забрать свое приданое и уйти в дом своего отца… Если она не блюла себя, была гулящей, дом свой разоряла и унижала своего мужа, эту женщину должны бросить в воду.

В воду надлежало бросить и женщину, которая повторно вышла замуж, пока ее муж находился в плену.

Исключение делалось лишь для тех жен, которые не могли обеспечить себя пропитанием. Но и им, после возвращения первого мужа, надлежало вернуться обратно. И лишь жены изменников родины, как и в царстве Эшнунны, могли наслаждаться повторным супружеством:

Если человек бросил свое поселение и убежал и после него его жена вступила в дом другого, то если этот человек вернулся и захотел взять свою жену, то так как он презрел свое поселение и убежал, жена беглеца не должна вернуться к своему мужу.

Регулировались законами Хаммурапи и внебрачные отношения, в которые могли вступать подданные «заботливого князя, просветлившего лик богини Иштар». Причем, несмотря на то что богиня Иштар сама по себе отнюдь не была скромницей, олицетворяла плотскую любовь и покровительствовала, кроме всего прочего, проституции и гомосексуальным отношениям, Хаммурапи, «деяния которого нравятся богине Иштар», был поборником нравственности.

Его законы хранили честь мужей и позволяли им расправляться с неверными женами и их соблазнителями:

Если жена человека была схвачена лежащей с другим мужчиной, то их должно связать и бросить в воду…

Но при этом женщина, с точки зрения вавилонян, была существом настолько бесправным и подчиненным мужу, что даже покарать ее закон не мог без согласия супруга. Изменница попадала под амнистию, «если хозяин жены пощадит свою жену». В этом случае автоматически освобождался от ответственности и осквернитель чужого супружеского ложа.

Впрочем, честь женщины закон тоже защищал. Если муж бездоказательно обвинял свою жену в измене, ей достаточно было «произнести клятву богом», после чего всякие подозрения с нее снимались. Хуже оказывалась судьба тех, кого обвиняли посторонние люди: им надлежало пройти испытание водой. Женщину бросали в реку – если она выплывала, значит, была невиновна, если тонула – туда и дорога преступной жене.