Гитлеровская машина шпионажа. Военная и политическая разведка Третьего рейха. 1933-1945

Голландка Мата Хари, урожденная Гертруда Зеле, взяла экзотичное сценическое имя во время пребывания на острове Ява, в голландской Ост-Индии, нынешней Индонезии. Прибыв в 1905 г. с дочерью в Париж, она покорила французскую столицу как эротическими танцами, так и «услугами», которые оказывала богатым господам после выступлений. Являлась ли эта танцовщица и проститутка шпионкой в действительности, сказать трудно. Полковник Гемпп, глава абвера, сменившего после войны службу армейской разведки, уверял, что Мата Хари не была ничьей шпионкой и уж определенно не работала на Германию.

На самом деле Гертруда сохраняла верность трем любовям своей несчастной жизни: дочери, русскому любовнику и приютившей ее стране, Франции. Она хотела служить Франции в качестве агента, но контрразведка посчитала уроженку нейтральной Голландии ненадежной особой. Тогда Гертруда решила действовать на свой страх и риск. В начале 1916 г. она «поддалась» на уговоры шефа германской разведки в Кельне, фон Мирбаха, который передал ее для обучения капитану Ресслеру из дюссельдорфского отделения службы разведки.

Курс интенсивной подготовки новоявленный агент Н-21 прошла в Антверпене у герра Хаберзака.

По завершении курса ее отправили в Мадрид, взявший на себя роль ключевого нейтрального игрока в Первой мировой войне. Полезными ископаемыми и промышленной продукцией Испании пользовались обе стороны, а ее порты были необходимы Германии для ведения подводной войны на Средиземном море.

Подобно швейцарскому Берну и другим нейтральным европейским городам, Мадрид стал одним из шпионских центров Старого Света.

В логове льва

Вступив в этот рассадник интриг, наивная и неопытная (в разведке, естественно) Гертруда сумела добиться внимания и попасть в постель германского военного атташе в Мадриде Ганса фон Калле. Она рассчитывала получать от него информацию, которую можно было бы передавать в Париж. Калле, однако, раскусил ее с самого начала. Он не поверил в то, что она служит только Германии, и не пленился ее увядающей красотой.

Зная, что оно пройдет через руки французских цензоров, Калле отправил в Берлин письмо, в котором сообщил о скором прибытии в Париж агента Н-21. Французы быстро смекнули, что к чему.

Едва Гертруда сошла с мадридского поезда, как ее тут же арестовали агенты Сюрте. Истории о том, что она желает служить Франции в качестве двойного агента, они не поверили. 24 июля 1917 г.