Прийти в себя. Вторая жизнь сержанта Зверева. Книга четвертая. Пионеры против пенсионеров

Он в Комитете государственного контроля отвечал не только за другой Комитет – который госбезопасности, но в его непосредственном подчинении находились недавно созданная спецгруппа КГБ «Альфа» и батальон спецназа 1071-го отдельного учебного полка специального назначения ГРУ. Эти подразделения должны были действовать в случае резкого изменения оперативной обстановки в Москве и Ленинграде.

За военный отдел силового блока отвечал Сергей Фёдорович Ахромеев, генерал-полковник, Герой Советского Союза, заместитель начальника Генерального штаба Вооружённых сил СССР.

В его непосредственном подчинении были 137-й гвардейский парашютно-десантный полк и 4-я гвардейская Кантемировская танковая дивизия. Но их Комитет собирался задействовать только в самом крайнем случае.

Николай Николаевич Месяцев, бывший глава Гостелерадио СССР, а сейчас – старший научный сотрудник Института научной информации по общественным наукам Академии наук СССР, отвечал за средства массовой информации. Все действия Комитета государственного контроля, все изменения в структуре власти СССР в советской прессе, на радио и телевидении должны были подаваться максимально корректно и сжато.

Никакой информации о каком-то там перевороте или о чем-то подобном – рядовые перестановки в партии и правительстве.

Хотя, конечно, перестановки намечались не рядовые…

– Итак, товарищи, как мы уже говорили, в первую очередь устраняем от руководства партией Брежнева. План мы уже обсуждали, всем он понравился. И главную роль в нем сыграет один из наших «гостей» из будущего.

– Хорошее название для книги или фильма – «Гости из будущего» – ввернул Месяцев.

Мазуров рассмеялся.

– Эти наши гости тут такого понапридумывали. Авантюристы, честное слово, какие-то Остапы Бендеры, Великие комбинаторы. Один из них, Витя Уткин – это просто какой-то Джеймс Бонд с Аркадием Райкиным в одном флаконе. Это ж надо – такое придумать… Как он там сказал? Во, вспомнил – «замутить». Один укол – и наш дорогой Леонид Ильич окончательно перестанет мучить нас своими речами.

– А чего мучить? Когда он выступает, я, к примеру, смеюсь, как будто в цирке побывал, – Демичев снял свои очки, посмотрел сквозь них на потолок, протер какую-то видимую только ему пылинку и водрузил их на место.

– Ты-то смеешься, Петро, а вся страна плачет. А за границей над его «сиськами-масиськами» откровенно потешаются. Так что ускорим этот процесс, посмеются только профсоюзные деятели и делегаты съезда, а больше мы смеяться никому не позволим.